sergey_svet

Перемещение по городу, сталкиваясь на узких мостах с удивленными прохожими, которые с интересом рассматривают твои взъерошенные волосы и лицо, в котором застыла странная смесь страха и любопытства. Страха, что все слишком не важно, или наоборот важно, только ты не способен понять что именно. Страх того, что все это не имеет смысла, и то что ты ходишь по этому вечно осеннему городу, пьешь кофе, куришь сигареты и все время ищешь глазами кого то в толпе. Хочется кричать, но крик остается где то между желудком и горлом, ему не получается вырваться наружу, так же как мне не получается увидеть нечто большее в моей кофеиновой и никотиновой зависимости, хотя наверное там что то есть, где-то за гранью сумасшествия, там все будет намного более важно, только для этого надо совсем свихнуться, а я к этому не готов. Все оставляю какую-то лазейку реальности, которая делает меня пустым или просто не совсем полным. Мысли пережевываются как подержанная жвачка, и довольно быстро теряют свой первоначальный смысл.
Последняя ночь года, абсолютно пустой город, даже на Невском нет ни души. Такое ощущения, что я здесь вообще один, все спят, набираются сил перед новым годом, а я пытаюсь согреться в очередном клубе.
Бармен – Серега, зря ты сегодня сюда пришел, народу нет, у тебя и десяти кадров за всю ночь не получиться.
Я – Да ладно, сам знаю, просто надо было развеяться, налей лучше тэкилы.
Вышел на улицу, там сидит девушка Катя которая отвечает за фейсконтроль. Она сидит одна на своем высоком стуле, и маленькими глотками пьет сухое вино из бутылки.
Катя – Серег, будешь??? – протягивает мне бутылку.
Я – А почему нет… - беру бутылку из ее рук и тоже прикладываюсь к губами к горлышку.
- Полусухое, французское???
Катя – Нет, сухое Испанское. – смеется – Приходи завтра к двенадцати, будут все свои. Напьемся, мы для посетители только с часа, так что я думаю мы к этому моменту будем слабо похожи на людей. Можешь и свою девушку взять.
Я – Кать, я с ней расстался. – Катя сочувственно опустила губы.
Катя – Поэтому и не спишь? Ты же сам знаешь что сегодня город пуст и ты ни чего не заработаешь.
Я – Уже заработал, сегодня концерт Мары отфоткал. Правда освещение говно было, всего штук десять фот получилось. Слава богу директор клуба разрешил со сцены снимать иначе бы повяз в этом сборище бухих лесбиянок…
Пустые улицы, пустые мосты, да и я тоже не шибко полный. Пронизывающий насквозь холодный ветер. Снег. Я схожу сума!
Намного проще, когда ты смотришь в объектив фотоаппарата, тогда все кажется не настоящим, игрушечным. Уверенной походкой подхожу к очередному ночному бару, и сильным толчком ноги открываю дверь. Она еще не успела полностью открыться когда я нажал на кнопку. Щелк! Еще один странный кадр в который попало несколько интересных личностей пытающихся понять почему город настолько пуст. Я иду к барной стойке не убирая фотоаппарат от глаз. Заказываю пиво.
Дальше все как в замедленной съемке, пихаю ногой стол, сажусь на скамейку облокачиваюсь на стену, и растягиваю ноги по всей длине скамьи. Резким движением руки достаю сигарету и прикуриваю ее. Начинаю фоткать все что меня окружает: предметы, людей, сигаретный дым. Потом медленно делаю глоток пива. На очередном выдохе никотинового дыма я закрываю глаза. Передо мной вылетают какие-то картинки, похожие на сны, но это не совсем то, может быть галлюцинации, а может воспоминания. Очень сложно понять, что происходит при таком переутомлении с головой, мозг все больше напоминает никотиновую жвачку. Все смешалось. А какие-то понятия уже стали совсем не разделимы. В моих ведениях нет различия на меня и ее, ту с которой я расстался. В моей голове мы одно и то же, и когда я ей признавался в любви, мне кажется я говорил это себе. Духовный онанизм. Какой-то странный образ, который больше визуальный, чем словесный, сотканный из обрезков детства, когда нам с ней было еще по пять лет, почему-то она голая и я ее целую. Чертов Фрэйдизм. Интересно, а она помнит наше с ней детство? Я ведь так и не решился спросить… Странные августовские ночи, моя первая любовь, я люблю ее, а она любит моего брата. Темно, старая береза возле моего дачного дома, мы голыми играем в листьях, с интересом разглядывая друг друга, я касаюсь губами ее губ, еще не зная зачем, это даже не поцелуй, хотя я возбужден. Как это было давно, человек не должен помнить себя в таком возрасте. Тогда что же черт возьми со мной, ведь для меня это как будто было вчера. И странные детские чувства которые должны умирать в детстве, но только не у меня. Я действительно там, просто не знаю как об этом сказать, или написать, или даже подумать, как мне может быть и двадцать один год и пять лет одновременно. Как может быть что я и сижу в ночном баре и валяюсь с ней под старой березой? И иногда мне кажется, что мир под старой березой более реальный. Черт, я ведь действительно там! Она поворачивается ко мне спиной и я целую ее белую детскую попу…
Образы как фотографии прыгают перед глазами, я пытаюсь от них отмахнуться рукой и задеваю свою кружку пива. Снова открываю глаза. Мне страшно. Хочется заорать!!! А между пальцев истлевшая сигарета…
Три часа ночи. В бар входит проповедник, кажется протестантский, садиться за соседний стол к трем девушкам и начинает им рассказывать что-то в духе нового завета на баптистский уклон. Его голос звучит уверенно и убедительно, даже слишком, поэтому я ему не верю. Уж слишком он не настоящий, как будто тебя пытаются загипнотизировать. И я как в воду окунаюсь в его мягкие слова, о том что все будет хорошо потому что Бог нас всех очень любит. Но я не хочу что бы все было хорошо. Мне этого не нужно. Тем более в предновогоднюю ночь, когда я пытаюсь избавиться от бессонницы и очередной несчастной любви. Я знаю про Бога только одно: он не любит зануд.
Встаю на свой стол и неторопливо делаю шаг до края, движения напоминают Иуду из оперы «Иисус Христос суперзвезда», спускаюсь ногами на скамейку этого чертога баптиста, затем сажусь рядом с ним. Выдыхаю сигаретный дым ему в лицо.
Проповедник – Молодой человек, вы могли бы здесь не курить?
Я – Почему? – (делаю удивленное лицо и поднимаю брови)
Проповедник – Ну разве вы не видите, что ни я, ни девушки не курим.
Я – Девушки вас угостить? – протягиваю пачку сигарет.
Одна из девушек – Давай, – берет сигарету из пачки.
Проповедник встает из-за стола и уходит, когда дверь бара закрывалась, он крикнул «До свидания!». А я показал в его сторону фак.
Я – Ненавижу таких уродов как он!!! Чертовы протестанты, весь город заполонили, хуже эпидемии проказы!!! Пожалуй, единственное за что я не люблю бога, это за то что он до сих пор не уничтожил протестантизм…
Девушки молчат.
Я – А вы чего, с концерта Мары???
Одна из них – Нет, а почему ты так решил?
Я – Ну вы же лезби??...
Странный взгляд в мою сторону.
Одна из них – Ну вообщем да, а что?
Я смеюсь и делаю глоток пива.
Я – Тогда почему вас не было на концерте Мары?
Они – Ты чего пьян?
Я – Возможно, хотя честно говоря не уверен. Просто ночь какая-то странная, в городе ни кого нет. Пусто. Даже страшно немного. И кажется я схожу с ума.
Они – Почему?
Я – Не почему, а из-за чего. Вы чего, не знаете как сходят с ума??? Вот идешь по этому городу, видишь бар, и не можешь даже в него заглянуть без призмы своего объектива, потому что есть хоть ни большой, но шанс, что в этом, именно в этом баре сидит она, и ты ее увидишь реальной, и тогда все, пиздец. Ну конечно я схожу с ума из-за любви, только вот город считает иначе, он думает что я схожу с ума из-за него. И знаете, я ведь сам чуть в это не поверил. Хотя может он и прав, просто все слишком сложно, алкоголь, наркотики, антидепрессанты, город, клубы, сигареты, кофе, любовь… Тут сам черт ногу сломит!
Они – А ты странный…
Я – Я знаю.
В баре начинает идти медленная музыка. Глаза засекают девушку, идущую точно ко мне, по прямой, из противоположного конца заведения. Она останавливается передо мной и делает такое грустно-забавное лицо немного наклонив голову.
Она – Фотограф, ты со мной потанцуешь? – произносит немного детским голосом.
Я – Бля, да чтож за ночь то токая.
Она – Что???!!!
Я – ОЙ!! Это я не тебе. Конечно потанцую.
Так мы начали танцевать посреди этого большого бара, где сидело всего несколько клиентов. Моя рука опустилась на ее талию.
Она – Что ты говорил на счет концерта Мары???
Я – Хороший слух, – ухмыляюсь - Я там снимал сегодня.
Она – Ой!!! Покажи, покажи!! Я так люблю Мару. Знаешь, а ты мне нравишься.
Я – Спасибо, я знаю.
Она – Что???
Я – Ни чего… - как мне надоела эта ночь.
Музыка кончилась, и мы начали рассматривать мои сегодняшние фотографии. Даже не знал, что можно грустно снять концерт. Но у меня получилось - грустный предновогодний концерт Мары на фоне бухих и целующихся лесби. Чертов новый год, уже через двадцать часов будет две тысячи восьмой год, а я все не как не могу выбраться из этого. С каждом годом становиться все хуже, то есть интереснее, ну не знаю как это сказать. Получается что мне страшно загадывать желания под бой курантов. Ведь эти желания имеют свойство сбываться. Я знаю что я загадаю завтра, но я не хочу этого загадывать, потому что знаю что на самом то деле мне это не нужно. Закончиться все тем же самым, и перед две тысячи девятым я буду бродить один в бреду по пустому городу, завернувшись в свое пальто от пронизывающего ветра. Буду болтать с грустными барменами и пьяными девчонками на фейсконтроле. Но как можно чего-то не желать, когда ты этого желаешь.
Чертов духовный мазохизм. Я боюсь следующего года, при том жутко, от одной мысли меня пронизывает дрожь. Поэтому даже если сейчас поеду домой все равно не усну. Гребаная предпраздничная бессонница!!!
Сигарета, растертая об пол ботинком и последние глотки пива. Прощание. Чмоки. Обмен адресами контакта. Последняя фотография, на всякий, что бы эта ночь осталась на фотографиях, а не в памяти. Громко захлопнувшаяся дверь ночного бара.
Наступило последнее утро две тысячи седьмого года. Я стаял на мосту облокотившись на статую грифона, падал мелкий снег, курил одну за одной, и отхлебывая из бутылки коньяк. Мимо прошел бармен одного из соседних клубов, у него сегодня тоже был неудачный день или скорее ночь, поэтому и выглядит он довольно грустно. Чертов пустой город!!! Глаза уставились в одну точку и город начал казаться каким то черно белым, что ли. Белый снег и серые здания. Даже Спаса на крови, кажется каким то тусклым. Я снова закрыл глаза, но ни чего не произошло, ни каких картинок или сцен моего детства. Даже более того с закрытием век вид ни как не изменился. Я продолжал смотреть на Спаса на крови и падающий снег. Интересный глюк, надеюсь я еще живой, а то как то странно. Наверное не стоит запивать антидепрессанты коньком.
Уже через несколько часов всем будет весело. Шампанское, салат оливье, бенгальские огни, друзья, смех пьяных девчонок, крики «с новым годом!». А мои мысли все так же слипаются в нечто бесформенное, понятное лишь мне одному. Все одинаково: книжки Фрейда, новогодняя ночь, детские комплексы, любовь, секс, снова сигареты, она, я, никотиновая жвачка, снег, грифоны, ее попа, память… Между всем этим нет ни какой разницы или есть, но я ее не вижу, или не умею видеть. Все это отражается, одно от другого. Я представляю ее, но вижу только себя. Ненавижу… Вопрос только кого? Себя, ее или книжки Фрейда. Не знаю.
Надо что то делать, ведь осталось всего семнадцать часов, которые кажутся вечностью, когда стоишь облокотившись на грифона и смотришь сквозь свои веки на этот параноидальный город. Снег, глаза, город, кофе. Надо разлепить образы или хотя бы веки, ведь это будет уже какой-то шаг, которым можно будет гордиться, хотя бы пару минут и хотя бы перед самим собой. Ведь это страшно, когда я открою глаза, может оказаться что они не были закрыты, в смысле я действительно уверен что смотрю сквозь свои веки, но боюсь этого… Вопрос понятий, если перестать думать что это глюк, то это станет моей реальностью которая не может существовать для других, а следовательно мой мир будет уже слишком обособлен. Открыть глаза – значит построить стену между мной и всем миром. Тут даже проблема моих извращенных детских комплексов отходит на второй план. Ну придумаю я что ни будь со Светкой, в конце концов с такими глюками как у меня, я смогу присобачить ее образ любой блондинке с которой буду трахаться, более того я смогу поверить что это и есть она, надо только увеличить дозу антидепрессантов (хотя я только за сегодня съел недельную дозу, куда уж больше?) и начать пить дополнительные пять чашек кофе, да еще нужно чуть меньше спать. А потом запишусь к психиатру, который мне объяснит, нет, даже скорее докажет, что дело даже не в Свете, а в том что у меня эдипов комплекс или еще какая ни будь фрейдистская фигня в этом духе. И все будет хорошо, главное в это поверить.
Но что бы все это осуществить надо отойти от моста и дойти до ближайшего кофе хауза что бы хоть немного проснуться и утопить свою психику в большом эспрессе и сигаретах, хотя бы на время, хотя бы на пару часов. А потом начнется день и думать уже будет не обязательно. Буду вешать елочные игрушки, готовить торты, позвоню друзьям, посмотрю Иронию судьбы, приглашу Свету на свидание, подарю ей цветы, выпью с ней шампанского в каком ни будь кафе, а потом поеду к Кате и пьяным барменам праздновать новый год в клуб. Ведь это все можно сделать на рефлексе, если все таки оторваться от грифона и перестать смотреть сквозь свои веки…

P.S. Надеюсь, что за последние месяцы Светка забыла адрес моего ЖЖ. Иначе мне пиздец…

«Бля, ну почему же так холодно» мысль которая довольно долго не выходила из моей головы. Да и что за странный способ убегать от депрессии в лес. Да даже проблема не в этом, способ то нормальный, просто погода говно, что бы дойти до дерева отлить приходиться погружаться по колено в снег, а завывание ветра лишь добавляет этой картине какого-то трагизма. Четыре часа ночи, а я сижу один возле костра прикуривая сигареты от ближайшего полена и слушаю скрип деревьев. Ну когда же я научусь жить, нет что бы принимать все удары судьбы смотря им в лицо, так нет же постоянно пытаюсь куда ни будь спрятаться. Ну да, есть проблемы, бросила любимая девушка, умерла кошка, заболела мать, чуть не вылетел из института, простудился (первый раз за год), ни где не работаю, страдаю бессонницей, кофеиновой и никотиновой зависимостью, совсем недавно удалось слезть с антидепрессантов и появилось ощущение какой-то отчужденности. Знаете, когда пару недель назад я проснулся в шесть утра от странного предчувствия и вышел в коридор меня не сильно удивил тот факт что я попал по щиколотку в кипяток, а квартира превратилась во что то напоминающее водоем возле горячих источников, то есть через пар было не видно собственных рук. Правда через пол часа приехали монтеры и починили трубу с горячей водой. Но юмор не в этом, а в какой-то странной отстраненности, когда стоишь в кипятке и в голове медленно появляются мысли вроде «Больно. Ну и что? На самом деле мне кажется что все не так плохо, на самом деле все гораздо хуже…»
И вот я сижу возле костра с пониманием того, что завтра я вернусь в Питер и все мои проблемы наваляться с новой силой. Наливаю в свою походную кружку водки, и выпиваю не закусывая. Не помогло, алкоголь не очень помогает решать проблемы, так же как и травка и другие наркотики. Проблемы остаются на месте, дома лежит куча документации в которой я должен разобраться до среды, потому что отец решил записать меня как директора своей новой фирмы, а я еще влюблен и пытаюсь бросить курить. Хочется убить в себе эти мысли, но проблемы на то и проблемы что их нужно решать, а что бы их решать, нужно собраться с силами и сказать «пошли вы все на хуй!!!» и не звоните мне целыми днями. Черт, у меня же действительно развилась фобия, я боюсь телефонных звонков. Слава богу на таком морозе у меня телефон замерз и отрубился.
А ведь мог бы сейчас сидеть в каком ни будь клубе: слушать минимал, пить махито и обнимать на диване какую ни будь симпатичную блондинку. Но я сижу здесь с полупустой пачкой сигарет и мыслью о том что, «бля, ну почему же так холодно…». Да еще три дня назад мне получалось забываться, деловой костюм, рубашка, галстук и взгляд как бы смотрящий сквозь толпу людей в клубе. И везде фраза, которую в основном произносят девушки, «о, привет Серег, а что ты тут делаешь?». И как не странно я действительно все время задаюсь вопросом, а что я здесь делаю? Себе я конечно вру и говорю что клею баб, но на самом то деле главное не это, а что то другое, эта клубная музыка, смех знакомых, танцы, всего на всего заглушают ощущение реальности. И вот еще несколько дней назад я стоял посреди танцпола и курил мятую сигарету, как ко мне подбежала красивая блондинка которая повисла у меня на шее «о, привет Серег, а что ты тут делаешь?». Я знал что она собирается со мной трахнутсья (читал ее переписку с подружкой), да и я тоже наверное хотел ее трахнуть. Красивая фигура, обворожительная улыбка, ну что еще надо? Надо быть плохим, а я почему то разучился.
Здесь начинается «мир проклятых», во всяком случаи я привык его так называть. Всю жизнь хотеть того чего казалось бы не можешь получить, и самое страшное получать, правда уже с пониманием того что тебе это не нужно. В мире проклятых нельзя мечтать, потому что мечты всегда сбываются. Сколько раз вы это видели? Друг находит девушку, влюбляется, говорит о ней неделями, а потом происходит самое страшное: несбыточная любовь превращается в реальность. Ссоры, скандалы, бытовые сцены ревности, и главное все из-за пустяков. Как же этого избежать? Мне кажется надо научиться врать или хотя бы разучиться говорить правду. Тогда все мысли будут заняты попытками сохранить вранье, а не еще более лживыми ссорами не о чем, которые как правило происходят из-за не способности людей быть просто счастливыми.
Пальцы начали мерзнуть и я подкинул еще одно полено в костер. Огонь ухватился за него и поднялся чуть выше, так что его языки начали сдуваться завывающим ветром. Чертова личная жизнь, другой вопрос, что я не знаю что буду делать если у меня все будет с ней хорошо. Мне кажется что я не смогу с этим жить. Ну не умею я жить когда все нормально. Но остается вопрос, что я делаю здесь, и почему не сижу в клубе клея очередную блондинку? Может я действительно первый раз встречаю проблемы стоя к ним лицом, правда лицом немного повернутым в право что бы сигаретный дым не попадал мне в глаза. Чертого полное не умнее жить! Конечно мало кто умеет жить, но они не думают об этом, а я думаю, и поэтому я еще больше не умею жить чем они. Двадцать один год, и что я знаю о своей жизни??? Что мне по серьезному не нужны секс, наркотики, сигареты и алкоголь. Но это ни чего не меняет, ведь если не будет и этого, тогда что??? Зачем жить, ведь все остальные прелести жизни, типа работы, любви, природы, меня раздражают не меньше. Если бы я сейчас был в клубе, то хотел бы в лес, поэтому сейчас я хочу в клуб. Бессмысленность жизни и полная не способность получать от нее удовольствие.

Вчера уволился с работы, довольно странное ощущение когда год занимаешся одним и тем же делом, общаешься с одними и теми же людьми, а тут понимаешь что больше так продолжаться не может. Зная единственное правило жизни: «Если что то начинается, то что то обязательно заканчивается», а как следствие «что бы что то началось надо что то закончить», на можешь воспринимать жизнь как все. Поэтому если я хочу жить дальше, увидеть больше, больше жизни, больше людей, то надо постоянно все бросать и начинать снова. Но человек же не может жить так всю жизнь. На самом деле мне нравился этот образ менеджера, ходить на работу в деловом костюме, галстуке и белой рубашке. Мне это нравилось так как всю жизнь я был немного другим. А теперь когда я стал тем кем я ни когда не был, я захотел снова измениться, заняться чем то новым. Наконец-то выучить английский, заняться фотографией, снова бегать по утрам, перестать пить перед сном мартини, найти нормальную девушку, начать учиться в институте (пятый курс уже все таки). Столько всего, чем бы хотелось заняться. Конечно работать в офисе то же не так плохо, но это постоянное подсознательное ощущение что кто то тебя постоянно хочет наебать, реально раздражает. Наверное это все воспитание, я уже несколько лет отношусь почти ко всем людям как к говну, но мне всегда на подсознательном уровне казалось что это не совсем так, и что это всего на всего проявление моей циничной натуры. А в офисе всегда оказывалось что все люди действительно полное говно, и что как бы они тебе не улыбались и не говорили что ты их друг, у них есть лишь одно желание – кинуть тебя на деньги. Они готовы пожертвовать всем ради каких-то нескольких тысяч, которые можно спокойно спустить в каком ни будь клубе за вечер. Но они конечно же так не делают (в смысле не спускают деньги в клубе). Все наши клиенты, да и люди работающие в нашей фирме как правило люди семейные. Жена – дети, и вот у них появляется оправдание, что бы украсть твои деньги. И в своих глазах они воспринимают себя как героев. Другой вопрос что дети всегда оправдание, правда немного фальшивое, это как девушки заводящие детей в восемнадцать лет, а потом объясняющие всем и каждому в течении своей жизни, что они ни чего не добились из-за того что им нужно было воспитывать ребенка. Хорошая отмаза от жизни… Сделать вид что этого вполне достаточно что бы являться полноценным Человеком. Конечно это не так, на самом деле этого ничтожно мало. Быть полноценным это не что большее. Хотя опять же, что может быть больше? Я этого не знаю. Это мое субъективное мнение, и даже не мнение а протест против позиции «зарывания головы в песок» с криками «я невиноват(а), это жизнь такая». Жизнь – говно, и это знает каждый кто действительно живет а не существует, в жизни слишком много дерьма, и это понимают даже «страусы». А если еще себе не врать и не говорить о том какая полноценная у тебя жизнь, или сколько у тебя друзей, или что тебя кто то действительно любит или… да мало ли вещей которыми мы прикрываемся от жестокости мира. Мир – дерьмо и это надо признать, не прятаться. Синдром самоубийц который живет в лучших из нас. Помните «Степного волка» Германа Гессе, так сказать библию самоубийц, которая как бы говорила нам что единственны способ быть полноценным, это думать каждый день что через месяц ты должен повеситься и тогда твое не умение танцевать, восходит в ранг проблем вселенной ну или хотя бы загрязнения озонового слоя и исчезновения амурских тигров. Потом появился Карлос Кастанеда, который говорил все то же самое просто не много другим словами, он рассказывал о том что ты должен умереть завтра или хотя бы поверить что завтра ты умрешь. И тогда ты начинаешь совершать «поступки силы», то есть поступки которые ты бы совершил если бы знал что ты завтра умрешь. Ведь если тебя завтра не будет, то след от пощечины на твоей щеке будет уже не сильно мешать тебе жить. И поэтому можно спокойно подойти к незнакомому человеку с фразой «может трахнемся?». Но сутра ты понимаешь что снова жив, и щека распухла по форме ладони.
Но все это теории из книжек, поэтому они не могут быть правдой, ассиметричный дуализм языкового знака – мы ни когда ни чему не можем научиться при помощи чтения или разговоров. Потому что переходим в реальность символов не имеющих ни кого отношения к реальности. То есть слово «дверь» ни имеет ни какого отношения к двери. И если я начну вам рассказывать что дверь это предмет имеющий ручку и т.д. то снова уткнусь в непробиваемую стену символов, которые не будут иметь отношения к моему объяснению. И именно поэтому любое чтение изначально является абсолютно бессмысленным. Я пишу вам о том что «я» это я, но ведь это не правда, или не совсем так, или то «я» что я имею ввиду может действительно являться частью моего я. В любом случае даже эти объяснения лишь образы которые воспринимает ваше подсознание и которые не являются реальностью.
Наверное я взрослею, и теперь начал учиться у мира, больше не доверяю людям, книгам, я доверяю каким-то подсознательным чувствам или дыму от моих сигарет. Лежа на кровати выдыхаю никотиновый дым в потолок и знаю что в нем на много больше правды чем в любом из моих друзей. Запах эспрессо, падающие листья, промерзшие яблоки, моя обледеневшая челка, с которой при заходе в кафе начинают капать капель… В этом намного больше правды чем во всех книжках Гессе, Борхеса и Картосара. Я блуждаю вдоль холодного канала и думаю о ней, той единственной о которой я постоянно думаю, но это даже не совсем мысли, в них нет слов, я просто чувствую ее, вижу перед собой, хотя прекрасно знаю что ее здесь нет. Но это не важно, я облокачиваюсь на перила и разглядываю Спаса на крови. Смотря на его купола я понимаю что они выглядят красиво, но даже про себя я не произношу слово «красиво», потому что понимаю, что при такой красоте оно тут не уместно. Наверное завтра я буду снова стоять возле канала и представлять (видеть) ее рядом с собой, и чувствовать что она прекрасна, и это не будет иметь ни какого отношения к словам, которые всегда слишком часто врут.

Надо во всем хорошенько разобраться, понять себя. Ведь все не так уж и сложно. Самый простой ответ на вопрос, всегда оказывается самым правильным. Вот и сейчас пытаясь разложить любовь по полочкам я пытаюсь сделать из нее чего-то очень простое, примитивное, превратить чувство способное изменять мир в какое-то подобие окурка из под дешевой сигареты. Стремление к самоуничтожению помогает уничтожить любовь внутри меня которая одновременно и часть меня. То есть превращая ее в ни что, я превращаю в ни что себя. И это даже наверное к лучшему, ведь говоря «я больше ее не люблю», я в какой то мере имею ввиду что часть меня потерялась, и это готовность отказаться от части себя ради иллюзорного ощущения комфорта, который только из далека напоминает счастье… На самом то деле его там нет и в помине. Другой вопрос, пока я люблю, я все равно не счастлив, просто любовь как то заполняет изнутри и теряется ощущение пустоты, и эта любовь перерождается в злобу, в злобу за то что ее нет рядом со мной, и за то что в этом виноват только я. Но злоба это уже что-то, у многих нет и этого. Рука снова тянется к полупустой бутылке сухого французского вина, и я снова понимаю, что не могу просто так сделать глоток. Это будет не артистично, натурально, хотя рядом ни кого нет, я все равно чувствую, что что-то не так если я делаю действия который делает человек оставаясь один. Бутылка уже касается губ, и немного вязкий вкус попадает на язык. Тут я делаю движение головой назад, и начинаю прополаскивать горло с характерным бурлящим звуком, ни скажу что это действие имело хоть какой-то смысл, просто оно было неожиданным, когда я брал бутылку я еще не знал что так поступлю, а когда поступил то в голову пришла следующая мысль. Что только любовь, в которую я не верил большую часть своей жизни является единственной вещью которая делает меня полноценным. И без нее я буду такой же как все остальные, которые не умеют любить, но умеют говорить «я люблю тебя», хотя многие из них не способны даже на это. И надо задуматься о том кого я имею ввиду под словом «они». Наверное я имею ввиду себя, или хотя бы какую-то часть себя, которая тоже не очень способна любить. Но это конечно не вина этой моей части, это вина общества, которое воспитывает в нас полное отстранение от любви как от чего то реального. Для нас это киношная белиберда, не имеющая ни чего общего с реальной жизнью. Мы проводим всю жизнь в поисках «настоящей любви», которая на самом деле является просто обрывком какого-то киношного сюжета хорошо застрявшего в подсознании. А когда появляется реальная любовь, узнать ее под тем слоем грязи, наркотиков или алкоголя просто не представляется возможности.
Что есть любовь? Я даже не подумал задав себе этот вопрос, так как я знаю что ответ мне все равно покажется каким-то не полным или полностью не верным. Любовь есть запах. Во всяком случае запах есть часть любви. Хотя может и вправду все действительно так просто, и любовь основана только на запахе. Прошел месяц, пока я понял что наверное только с одной девушкой в своей жизни, было так что когда я проснулся с утра меня не начало мутить от запаха. Какого? Ну я думаю все парни уж точно знают этот запах. Запах который будет тебя по утрам, и вначале ты принюхиваешься к себе, и именно это действие первым поганит утро, потому что понимание того что ты пахнешь не собой и даже не чужими духами, а именно другим человеком выводит из состояния равновесия. Потом ты нюхаешь подушку, одеяло, кровать и понимаешь что этот запах везде, пока твой нос ни утыкается в плечо мирно спящего тела возле стенки, и не становиться понятен источник того что так раздражает нюхательные рецепторы. И его не перебивают даже самые сильные духи. Этот женский запах почти не отмывается, даже после получасового душа и отправления всего постельного белья в стирку все равно где то на подсознательном уровне остается этот запах, который мешает думать, спать, есть. А моя любовь пахла как то приятно, типа хороших духов или даже чего то более приятное. Вот и мой простой ответ, на вопрос «что есть любовь?». И если посмотреть на него со стороны, то сразу становиться заметна его простота. Запах, что может быть проще. А ведь именно простой ответ изначально более вероятно верен.
Хотя с запахом тоже не все так просто, то есть было бы просто если бы я чувствовал и другие запахи. А я курильщик с хроническим насморком, и поэтому запахов я почти не чувствую. Следовательно запах женщин скорее плод моей фантазии, шутка моего подсознания, которому так нравиться издеваться над остатками моей реальности.
Что есть любовь? Снова тот же вопрос, но поставлен он не совсем верно. Когда я пишу «что есть любовь?», я имею ввиду «что есть моя любовь», так как на объективность или даже какую то общность в данном вопросе я не когда не претендовал и я думаю ни когда и не буду. Моя любовь это злость, ненависть, запах, звук ее голоса и чего то еще, то что есть в каждой любви. И именно из-за этого мы не когда не можем сказать почему мы любим. У каждого это причина своя, но моя немного дерьмовая. «Я люблю ее, потому что она не любит меня». Вот уже ближе к правде. «Я люблю ее, потому что по сути мы не знакомы, и уже ни когда не узнаем друг друга.» Еще ближе. Что дальше? Раскапывая любовь, я сам порой пугаюсь до чего все это доходит. Наверное я и в правду чуточку эмо. «Я люблю ее потому что у нас нет и ни когда не будет ни чего общего.» И это прекрасно, это единственный способ любить по-настоящему, когда мы не можем общаться, потому что разговаривать нам по сути и не о чем. Что бы мы друг-другу не сказали, это не будет иметь смысла так как будет не понятно нам обоим. «Моя любовь есть не понимание любви». А вот это уже чуть по сложнее и даже как то неожиданно настораживает.
В начале была мысль, а потом появилась строка, да, и бог тут совершенно не причем. Любовь разложенная по полочкам начинает выглядеть все более паршиво. Она начинает тухнуть как рыба вытащенная из морозильника на солнце, только я вытащил любовь из своей души и начал разделывать ее на доске своей логики. Очень скоро от нее останутся маленькие вонючие кусочки мыслей, который будут уж очень слабо связанны с тем первоначальным чувством. За чем я это делаю? Да все просто, я боюсь любви, я боюсь любить ее, я боюсь что она меня ни когда не полюбит. И более того, я знаю что она меня ни когда не полюбит. И поэтому я использую метод страуса, в очередной раз запихивая голову в песок, и начинаю себя убеждать что весь мир основан на законах логики, и благодаря ей все всегда можно уничтожить.
Я встал на сложный путь убеждения себя в том, что изначально является ложью. Игра в вопрос-ответ, основанная на нелепых софизмах. Включаю музыку – легкий гранж, ставлю на стол новую бутылку вина, рядом с ней старинный хрустальный бокал, потом прикуриваю сигарету наблюдая за тем как пелена дыма мешает мне видеть буквы на экране. Надо дойти до конца, вопрос готов ли я к этому.
Любовь есть сильное сердцебиение, расширенные зрачки, головокружение… Опять что то не то, слишком банальные термины, но ведь так и есть, снова путаюсь, наверное я снова чуточку пьян. Вот, именно, когда ты любишь, ты пьян. И что бы притупить любовь надо напиться, тогда одно опьянение наложится на другое, и ты станешь трезвым, или почти трезвым. Что не имеет принципиального значения, но почему так сложно не любить. Так сложно отказаться от этого мазохистского страдания. Когда в голове только она, и все. Все как то видеться на втором плане, как будто за ее спиной. И я знаю как это исправить, особенность моего подсознания. Надо просто написать в конце этого текста «я больше не люблю», и я в это поверю. А что останется у меня, когда не будет моей любви??? Останутся антидипресанты, бутылки красного сухого вина, пачки сигарет, стремление подниматься по карьерной лестнице, друзья с разговорами о бабах и сексе, клубы, иногда наркотики что бы прийти в тонус вечером, книжки об одиноких людях блуждающих по Парижу, девушки которые будут напиваться и ложиться со мной в постель, что бы потом меня снова с утра мутило от запаха который забился настолько глубоко в мое подсознание что мне с ним не поможет ни один психотерапевт. Но это уже где то было… И поэтому выглядит как то не правильно или не верно. И поэтому я уверен что этого мало. Я знаю что есть другая жизнь, где то за гранью моей субъективной реальности. Жизнь где я не когда не буду счастлив, но зато буду полноценным, и мои слова «я люблю», будут действительно что то значить.

Предположим что это не совсем так, то есть я не обычный студент слушающей очередную лекцию по теории поля. Точнее это действительно не так, просто лекция началась с фразы «предположим что это не совсем так…», а я вместо того что бы писать дальнейший технический бред, написал другие слова. Теперь я пишу, что бы лектор думал, будто у меня есть конспект. Конечно ни какого конспекта у меня нет, но у меня есть тетрадка с которой я хожу на все предметы и в которой нет ни слова по учебе. Мне это кажется чем-то забавным. Я учусь в моем вузе уже пятый год на факультете электротехники и автоматики, а название своей кафедры так и не удосужился выучить, что-то связанное с лазерной и преобразовательной техникой.
Проучившись более четырех лет в ЛЭТИ я понял что абсолютный гуманитарий, просто мне нравиться притворяться технарем. И я действительно настолько влился в роль, что многие начали считать меня ботаником. Да и я второй год сдаю сессии на хорошо и отлично. Вообще у жизни довольно странное чувство юмора, теперь я притворяюсь еще и журналистом, фотографом, менеджером и программистом. Конечно, я сам во все это не особенно верю. Просто иногда человек настолько глубоко убегает от реальности, что забывает как быть реальным человеком.
Хочется чего-то реального, осязаемого, но получаю всегда либо стресс с галлюцинациями, либо секс с какими-то непонятными девушками, в существование которых я сам не особенно верю.
В свободное время от жизни, то есть во время когда я не пытаюсь врать себе и всем окружающим, я занят тем что ищу себя. Конечно не в самом себе, хотя в школе и такое бывало, а в чем то другом – книжках, фильмах, людях. Особенно в людях, и для этого перемещаюсь по городу, пожирая и впитывая всех потенциальных «себя» попадающихся на пути. Но как правило этот поиск заканчивается ни чем. Правда бывает, найдешь девушку и влюбляешься в нее так, что больше ни о чем не можешь думать, кроме нее. И даже на дни, недели, месяцы начинает казаться что вот ты и нашел в этой эмо - наркоманке самого себя. А может и вправду нашел? Но она исчезает, еще до заката солнца на своем поезде Питер – Москва, и ты даже не успеваешь понять или поверить что это и был ты. А дальше вступает в роль природный цинизм или реализм, называйте как хотите, ведь по сути это одно и тоже. И жизнь превращается в математическую модель по теории вероятности, где я скрупулезно высчитываю вероятность встречи с таким же представителем «себя» в данной культуре. Результат получился не плохой, во всяком случае не таким пугающим как казался в начале. Вероятность один к двуустам. То есть если я познакомлюсь (трахнусь), с двуустами эмо – наркоманками, то я найду такую же как та, которая показалось мной. Конечно далеко не факт, что то что мне показалось в ней было действительно мной. Но с чего то же надо начинать…
И вот начинаешь ходить по клубам, и цеплять эмо-девочек, при том где то вторым вопросом идет «а ты потребляешь наркотики?» Потом еще несколько вопросов. На самом деле как бы вам это не показалось странным, но иногда понять девушку можно и без секса с ней. Один из моих внутренних голосов, тот который менее циничен, спрашивает меня «ты хоть сам слышишь, что ты несешь!!!, совсем шизанулся?!! Это же бред! Только тебе в голову могло прийти подобное дерьмо!!!». А я мило ухмыляюсь и подхожу к очередной девочке черно-розового цвета «девушка, вас угостить?».
И вот в четыре утра приходит осознание того, что меня уже тошнит от депрессивных эмо девочек и что я больше не могу видеть перед глазами черный и розовый цвет. Поэтому перехожу во Второй этаж, где утыкаюсь в книжку Картосара или последний номер Esquire, на каком то кресле с невероятной жестокостью высасывая из трубочки свою водку с тоником. С удивлением появляется ощущение что эти наркоманы – калбосеры из Второго этажа, мне начинают казаться симпатичными после сегодняшней ночи. Во всяком случае я прекрасно осознаю что психологический мазохизм не является смыслом их жизни, и хотя бы поэтому их стоит уважать. Потом общение с барменом за барной стойкой, пока он готовит мой Б52… Пять утра я выхожу из клуба и захожу в кафе напротив Центральной Станции. Потом уже сидя со своей пиццей я понял что кроме меня официантки и продавца в кафе больше ни кого нет. Тишину прерывают шаги мента, лет двадцати, он киношной походкой проходит мимо моего столика и идет по пустому кафе в сторону официантки (которой уже давно за сорок). Он останавливается перед ней и говорит «Пошли в подсобку ебаться», она «я не буду», он «регистрация?», продавец «хотите чаю?», мент кивает, она «ну я же работаю…». Он разворачивается и снова проходит мимо моего столика. В кафе слышны только его шаги, который заканчиваются грохочущим ударом. Он стукнул по стулу который придерживал открытой входную дверь, так что тот улетел в строну входа в ЦС. Мент повернулся и сказал «кафе закрыто». Тишина, я сижу в этом пустом кафе где слышу за моей спиной только удаляющиеся шаги мента и официантки, понимая что только что столкнулся с чем то до жути интересным и непонятным. Как будто посмотрел отрывок из кино или книги. А внутренний голос, который более циничен «Блин, ты это видел? Надо почаще сюда заходить».
Выхожу из кафе и понимаю что нужны сигареты, захожу в первый же магазин и встаю в очередь. Продавщицы смеются, то ли над тем как все одеты, то ли над тем что я единственный в очереди не целую или не обнимаю другого парня. Дохожу до прилавка и спрашиваю «И часто здесь у вас так весело?», продавщицы «Да все выходные», они продолжают смеяться и дают мне пачку сигарет, я даю деньги и прикуриваю сигарету еще не отходя от кассы, и говорю что то вроде «Думаю у вас начать тусоваться, во всяком случае веселее чем сегодня в Даче…»
Зато завтра с утра прейдя в институт я буду с такой нежностью разглядывать девочек – ботаников из параллельной группы так мило болтающих со своими друзьями (тоже ботаниками). И тут появляется еще более странная мысль «я хочу быть как они!». Они счастливы изучая свои конспекты, они ловят кайф от того что они не пьют и не курят, а от наркотиков вообще шарахаются как от проказы. Боже, как они мило поедают еду на перерыве за первыми партами. И, о боже, еда приготовлена дома – жаренная картошка, котлеты, мясо. Смотря на них я тоже захотел есть, и поэтому тихонечко вытащил свой пакет из МакД с холодными гамбургерами и картошкой фри, стараясь сделать так что бы этого ни кто не заметил. Я не могу, я хочу быть похожим на них. Откалывать не много детские шутки, зато им действительно смешно. А лица, они как-то действительно чистые, на них стразу можно видеть, что у них не было недельного нарко-алкогольного запоя со среднесуточным сном в два часа. И им этого не нужно.
Но циничный внутренний голос говорит что между нами стена. Стена жизни. Они не видели той жизни, которую видел я. И поэтому я для них навсегда останусь каким то шизиком, чирикающим какой-то бред в своей тетрадке, сидя на задних партах. Почему не получается быть как все? Влюблять, расставаться, страдать. Нормальный алгоритм действий. А я не могу страдать и даже нормально влюбиться…
Передо мной сидит парочка. Они обнимаются и шутят. И я даже помню как года три назад они так же сидели на передней парте, обнимались и шутили. Я хочу быть как тот парень. Который не пытается «полоскать свой хуй» (промывать мозги) в мозгах всех знакомых девушек, рассказывая то про Фрейда, а то про Гессе, что бы потом развести на трах. При том ведь изначально знаю, что не особенно этого хочу, это скорее рефлекс, пытаться развести на секс почти всех знакомых девушек. А вот тому парню с передней парты это не нужно. И я даже на доли секунды начал в это верить, что это именно так, а не потому что он просто боится и не умеет это делать. Но ему повезло, у него нет циничного внутреннего голоса, который обожает рассказывать правду. А ведь мне кажется что я не хочу ее знать, но все равно знаю, и наверное именно поэтому я не когда не стану тем парнем с передней парты, а он никогда не станет мной. И он проживет долгую пустую счастливую жизнь, а я так и останусь несчастным циником с бредовыми мыслями.
А внутренний голос все так же повторяет «Что за бред ты несешь? Пора взрослеть и становиться как все…»

Одиннадцать утра пятницы, вагон метро где все едут на работу, я тоже еду туда, но на Маяковской решаю выйти и подняться наверх. Настоящая питерская погода, дождь и пронизывающий ветер. В такую погоду не хочется ни чего делать. Я захожу в кафе и разматываю шарф, вешаю куртку на вешалку и сажусь за свободный столик. Ко мне подходит официантка с меню, но я сразу говорю, что мне нужен обычный большой эспрессе. Потом достаю пачку сигарет и томик Кортасара, долго пытаясь расположить их так что бы они не мешали друг другу, в смысле что бы эта утренняя картина была эстетически полноценна, и я мог со спокойной совестью прикурить первую сигарету. Правда проблем добавила белая пепельница, которую я в начале не заметил. Когда я выдыхал дым от первой затяжки, официантка принесла мое кофе. И одновременно с этим в кафе зашел промокший под утренним дождем француз и сел за соседний столик… Все его движения были просто повторением моих, размотка шарфа, раскладывания книги и пачки сигарет. Потом заказ, с жутким акцентом: «большой эспрессе». Я ухмыльнулся, ведь он тоже даже не стал заглядывать в меню. Он начал читать, правда я не разглядел названия его книги, и я решил последовать его примеру. А Кортасар писал следующее:
«Случайная встреча, самая не случайная вещ в мире. Мы ведь бродили по городу и не искали друг друга, но знали что бродим по городу для того что бы друг друга найти...»
Француз из-за соседнего столика отвлек меня, попросив зажигалку… Он прикурил элегантным движением, выдохнул дым, отпил глоток кофе и вернул зажигалку на мой стол. Я снова пытаюсь сосредоточиться на книге. Я хватаю слова, строки и прогоняю их через мое сознания.
«Любовь моя, я люблю тебя не ради тебя, и не ради себя, и на ради нас обоих, я люблю тебя, потому что чувствую зов любви в моей крови, я люблю тебя потому что ты не моя, потому что ты на другом берегу, ты зовешь меня перепрыгнуть к тебе, на твой берег, а я этого не могу, потому что на самом деле не обладаю тобой, тебя нет в глубине меня, я не достигаю тебя, твое тело, твоя улыбка мне не принадлежат, бывают часы, когда меня мучит то, что ты меня любишь (ну до чего тебе нравиться слово «любовь», с какой непосредственностью ты роняешь его то на тарелку, то на простыни, то в автобусе)…»
Перечитываю раз за разом, пока не понимаю, что же есть любовь в представлении Кортасара. И сразу же слышу голос из за столика спереди. Туда сели две девушки лет шестнадцати, и заказали себе какую-то жуткую смесь из кофе и взбитых сливок, куда в итоге была воткнута трубочка. Я не заметил их прихода, так как слишком увлеченно курил, и пытался проецировать героев «Игры в классики», на себя. Девушки же рассуждали о том, кто у кого отбил парня. Я прикурил еще сигарету, и жестом попросил официантку повторить. Суть диалога за их столом была довольно не сложной, одна объясняла другой, почему она увела у нее парня… Выдавай с вызовом пафосные реплики вроде «это была игра и ты ее проиграла» или «я же не виновата что я лучше тебя». Ну такого богохульства над этим прекрасным осенним утром я стерпеть не мог, и подняв руку крикнул «Счет!!!». Снова замотал шею в шарф, прикурил сигарету, допил залпам кофе и кинул пару сотен на стол. Выйдя на дождливый невский я решил пойти дальше, на работу идти было ни то что поздно, просто хотелось чистого гедонизма, хотелось получать кайф от каждого момента. Я улыбался когда капли дождя падали на мой нос, а потом понемногу стекали в низ. Я с интересом наблюдал как моя челка медленно намокала и тоже создавала свой дождь, со своими каплями падающими в каком-то сантиметре от моих глаз. Вот так я и добрался до Малой садовой, где снова зашел в полу пустое кафе и сел возле окна, что бы уже ни кто не смог помешать мне наслаждаться этим отличным днем. Подходя к столику официантка увидела что я читаю Кортасара и улыбнулась, в такую погоду в Питере можно читать или его или Миллера, все остальное выглядит как то уж через чур пошло или пафосно. Я открыл книгу и прочитал:
«Если бы я писал такую книгу, то стандарты поведения было бы невозможно объяснить с помощью психологического инструмента. Участники в этом случае казались бы нездоровыми людьми или просто идиотами. И не потому, что они оказались бы неспособны к обычным реакциям типа «вызов-ответ»: к любви, ревности, состраданию и всему что за этим следует, а потому что способность к сублимации, которая заложена в любом homo sapiens, с трудом выберется на дорогу, будто некий третий глаз…» Эта 62-я глава «Игры в классики», которая как бы является предисловием к «62 Модель для сборки», которую я читал год назад и значит он все таки написал такую книгу…
Из реальности парижских кафешек Кортасара мне вытащило лицо девушки, которое я увидел боковым зрением. Я чуть даже не забыл об этом свидании… Но сегодня день легкости, я еще с утра решил что не буду ни к кому клеиться, просто захотелось отдохнуть. Девушка целует меня в щеку и садиться напротив меня, заказывая зеленый чай с куском торта, а я снова заказываю большой эспрессе.
Два, а может три часа разговоров обо мне сквозь мое кофе и мои сигареты, она говорит что ей надо уходить. Да я и сам понимаю это смотря на трясущуюся сигарету застрявшую между пальцев моей правой руки. Я провожаю ее до канала грибоедова, а сам сажусь на гостинке, и еду в какую-то блинную на пешеходной зоне василеостровской. Там встречаю двух приятелей. Беру вилку и нож, раскладывая их с разных сторон тарелки, потом наливаю в белую чашку фруктовый чай. Его запах меня как-то бодрит. Потом начинаю портить эту картину, понимая что она стала какой-то открыточной, и что бы она стала хоть чуть-чуть более реальной, надо сделать ее не совершенной, для этого я отрезаю нажжем кусок блина и вилкой отправляю его себе в рот. Теперь взглянув на стол я действительно поверил в его реальность.
На улице все так же идет дождь, а я все так же радуюсь ему и не открываю зонта. Через час я оказался в баре Циник, где снова открыл свою книгу, и через дым сигарет и пьяные крики бармена снова начал пропускать через себя слова:
«.. будто чья-то рука уносила дым сигареты от его руки и указывала ему на спуск, если это был спуск, к центру, если это был центр, и дошла до его желудка, где от кристалликов водки тихо поднимались пузырьки, оставляя внутри него безнадежно прекрасную нескончаемую иллюзию, которую в иные моменты называют бессмертием. Закрыв глаза, он все таки был еще способен думать, что если какой-то жалкий ритуал может помочь ему дойти до конца, привести к этому центру, пусть даже непостижимому, значит, еще не все потеряно и когда-нибудь, при других обстоятельствах, поле еще нескольких попыток он сможет. Но постичь что, для чего? Он был слишком пьян, что-бы выработать хоть какую-то рабочую гипотезу…»
И мое сознание снова вернулось в реальный прокуренный бар, куда только что зашел Паша, но это мало что изменило, я уже начал ощущать себя героем книги. Мы с Пашей два часа под пиво и гренки с чесноком поносили всю женскую часть население планеты, и в частности его девушку с которой он поссорился. В девять вечера мы снова вышли на дождливую улицу, и нетороплива идя вдоль канала дошли до Фиделя. Где мы тоже попили пиво и плавно перебрались в Белград, где я встретил несколько знакомых девчонок. Но мы все равно с Пашей поймали машину и поехали вдвоем ко мне домой…
Потом вся ночь с бутылками грузинского вина и дедовскими сигаретами с надписью Столичные, 1982 года выпуска (нашел на антресолях)… В итоге уснул где то в районе пяти утра возле клавиатуры и экрана с недописанным сообщением в аське. С наступлением субботу жизнь начала казаться проще, и одновременно сложнее. Когда проснулся Паша я уже пихал кофе в кофеварку… так что через несколько минут у нас было паршивое эспрессо, но с довольно приличным запахом. Паша ушел, а я открыл еще бутылку вина и достал ветку винограда из холодильника. Пары алкоголя плавно впитывались в мою кровь, и голова начинала работать все лучше и лучше. Наверное я смог бы весь день провести дома если бы у меня была еда и презервативы, но холодильник был пуст, а заначки я ни когда не умел делать. Так я попал на институтский субботник. Где я взял в долг у друга деньги на презервативы, сигареты и еду.
Сразу же как я вернулся домой ко мне приехала знакомая девушка, мы почти ни о чем не говорили. Просто подошли к кровати где я начал ее раздевать, а она меня, не обращая внимание на сигарету зажатую между губ и ни чего не видящий взгляд. Она легла а я достал презерватив. Потом мы трахались, а потом я доставал сигарету и вино. Иногда я забывал открывать рот, когда пил, так что вино растекалось по всему лицу, а потом и телу. Дальше мы снова трахались. А затем снова выкидывал использованный презерватив, доставал сигареты и вино. Трахались мы молча, так как я представлял на ее мести другую. Наверное по другому смогу еще не скоро. Секс был поганый, и через два часа я сказал, что ей надо уходить. Она ушла, даже не спрашивая увидимся ли мы еще, понимая что я все равно совру.
Я открыл еще бутылку вина, и отпил несколько довольно больших глотков, на улице стоял субботний вечер, который до жути хотелось провести дома. Но конечно после девяти позвонил Паша, и сказал «пошли в Фидель». Через час мы стояли в Фиделе с пивом, настроения веселиться не был у обоих. Перебрались в Белград, потом пошли в Мод, но там было уж слишком много народу, так что решили пойти в кино… но и там ближайший нормальный сеанс был только в пол четвертого утра, так что пол второго ночи мы пошли ужинать в КФЦ, где взяли по таурбургеру, большой картошке и средней коле. Я снова начал расставлять еду на своем подносе, для более эстетической привлекательности. Паша на меня посмотрел и сделал вид что не замечает. Выйдя из КФЦ мы пошли гулять по лиговке, где в районе клуба Метро, меня окрикнули какие-то девчонки, они естественно меня знали, и намекали что им не чем заняться сегодня ночью и спрашивали «далеко ли я живу?». Вспомнив что одну из них зовут Юля, и то что мы с ней познакомились в клубе Пойнт (на эти воспоминания у меня ушло три минуты), я объяснил что у меня какие-то дела или что то в этом духе. В третьем часу ночи я поймал машину и поехал домой, по дороге забежав к приятелю за двд диском. Остаток ночи я провел распивая вино, выкидывая пустые бутылки с фантиками от презервативов, под музыку Джим Морисона.

«Хочется быть лучшим, но почему-то всегда есть, кто ни будь лучше тебя.»
Это было несколько лет назад…
Закрыв дверь склада и пройдя через проходную, я понял, что вот и наступили долгожданные выходные. Яркое солнце и пустынная улица. Проработав двенадцать часов, да еще и ночью начинаешь хотеть лишь одного - спать. Но я не из тех кто идет спать, и дойдя до ближайшего магазина я купил алкогольно-энергетический напиток, хотя может и не стоило этого делать, просто это был скорее рефлекс.
Звонок по телефону:
- Здорова Сань! Какие планы на утро?
- Принять наркотики и пойти в кино.
- Ладно, заходи ко мне через пол часа.
Клоц. Раскладушка захлопнулась. И я открыл банку. Красивая походка, хорошая модная одежда и довольная улыбка на губах. При подходе к метро вокруг начали появляться толпы народа и лишь совершенно страшное желание блевать выводит меня из состояния эйфории. Куда! Везде народ, что делать?...
Улица у метро. Субботнее утро, а я стою весь бледный с щеками надутыми как у хомяка. Подхожу к мусорному баку, но в последнюю секунду решаю глотать. После чего покупаю шаверму и решаю все же поехать домой. Где меня уже ждал Саша. Я снял мокрую от пота одежду. День будет явно тяжелый.
- У тебя есть пипетка? – спросил Саша.
- Тебе зачем?
- Будем курить салвей.
- Что это? – мое лицо выразило удивление.
- Последний разрешенный наркотик.
- Почему он разрешен?
- На него невозможно подсесть и главное - от него не получают кайф!
- Что за бред, тогда зачем мы будем его курить?- мне кажется что наркотики это было последнее что я хотел после ночной смены…
- От него есть глюки. - Сказал Саша наивно пожимая плечами.
Субботнее утро начала августа. Солнце отражается на паркете моей комнаты. В руках дымящееся пипетка. Минут десять я был в отключке уйдя в антиутопный мир стены возле моей кровати. Со всего тела льется пот. Так что на паркете появляется что то вроде лужи.
- Ебаный наркотик, Сань меня не отпускает! - вырвался крик откуда-то из далека.
- Ни чего, скоро отпустит. - обнадежил Саша.
Перед глазами всплывают лица людей работающих на моем складе. После двенадцати часовой смены идут домой к детям, жене и теплой кровати. Рабочий класс, который проживает свои жизни действительно счастливо. А если хочется развлечься то всегда можно пойти попить пиво с друзьями. А зачем нужно что-то большее... Ведь у них не возникает ощущения, что здесь чего-то не хватает, да они и не видели никогда другой жизни.
Я лежал на паркете в луже собственного пота. Саша смотрел на мои пустые глаза.
- Ну что, отпустило?
Я с трудом кивнул. Протянул руку к заранее приготовленной бутылке коньяка, и поднял ее под углом 45 градусов относительна пола. Стало полегче и я даже смог встать. Звонок сотового неожиданно ударил по ушам. Разговор был быстрый:
- Серег, куда сегодня поедем? – спросил голос Паши.
- На опэнэир под Зеленогорском.
- Ясно, ты когда последний раз спал?
- Чуть больше суток назад, а что?
- Заметно...
Паша заехал за мной где-то через пол часа. И погрузив меня в машину мы отправились тусоваться, предварительно заехав в какой-то гипермаркет. Я успел еще пару раз курнуть салвея, так что теперь расстаться с бутылкой коньяка было бы сродни самоубийству. Предметы давно потеряли свою форму и я решил больше сегодня не курить.
Мы остановились и вышли в лесу на берегу живописного озера, где уже начинал играть транс, хотя еще не было и четырех дня. Я перешел с коньяка на пиво. Паша достал пипетку и предложил покурить. Я отказался. Тогда он сам забил и затянулся. Резко передал мне и я на автомате сделал затяг.
Карта перед глазами влетела внутрь моего сознания. Я стал красной точкой перемещающейся по дорогам лен-области. Влево – вправо, как прекрасно быть просто красной точкой. Вдруг что-то выкидывает меня в реальный мир, это Маша трясет меня за руку. Маша принципиально не принимает наркотики и утверждает что это все банальное самовнушение. Черт, может она и права но возвращение в реальный мир прошло довольна таки болезненно. Так и крышей съехать не долго. Блядь, как меня все таки бесят эти иногородние, такое ощущение что их воспитывали животные. Вот Маша приехала из Уфы и не знает банальные правила поведения с человеком под галлюциногенами. А еще Уфа – город миллионер.
Прошло несколько часов. У Маши началась истерика. Она судорожно переключает музыку в машине. В моем мире руль начал крутиться, а затем превратился в змею, в которую в итоге превратился я. Машина истерика вновь выбивает меня в реальность. Не возможно слушать Кипелова под такими глюками. Оказывается у Маши из тела начали прорастать растения (видимо Паша и ей дал покурить), и тут она и запаниковала. Ладно, зато хотя бы поняла что в мире не все так просто. Я выпал из машины и качаясь попытался пойти. Естественно из этого ни хрена не получилось. Паша принес водку и мы разлили ее по мискам, ввиду отсутствия стаканчиков, и облокотившись на колеса начали ее пить. Это напоминало японскую чайную церемонию. Еда (какие-то консервы) запертая под капотом медленно подогревалась на моторе. Ну как еще можно прочувствовать современную романтику?
Опэнэир уже в разгаре, а мы сидим в говно обдолбаные в машине и слушаем Инигму. И тут я решаю сделать подвиг – то есть встать и дойти до озера. Даже на фоне местных тусовщиков я смотрелся полнейшим нариком. Я решил звякнуть моему приятелю, Афоне и предложить приехать к нам. На что он заявил что он уже сидит за моей спиной в машине вместе с Пашей и Машей заправляется салвеем. Я не удивлен, хотя все равно обернулся, что бы увидеть как он мне махает пипеткой…
Звонок в Питер:
-Саша, когда эта хуйня должна начать отпускать?
-Да хуй его знает. А ты что, еще долбаешся?
-С перерывами по пол часа, хотя может и чаще. Не знаю, – десяти секундное молчание – Сань знаешь, я периодически начинаю забывать что я человек, наверное это паршивый знак.
В машине мы опять покурили, пот лился ручьем, тело перестало слушаться и все таки мы все решили пойти на тонцпол. Все, кроме Маши - видимо у них в деревне ни кто не танцует и все слушают тяжелый рок.
Прекрасный субботний вечер. Я стаю посреди танцпола, вокруг в говно обдолбоная молодежь. Справа ребята с факелами а по всему лесу идет светомузыка.
Факелы перед глазами, это уже не реальность, не одна реальность не может быть так прекрасна. Тело проходит сквозь толпу ненастоящих людей. В моей руке бутылка дорогого пива а в губах сигарета немного съехавшая на бок. Но это ни чего страшного. Хочется увидеть что дальше...
Паша предлагает всем проходящим мимо симпатичным девушкам подолбаться салвеем. Нам кажется что это весело. Слишком весело... Он предлагает пойти в машину покурить еще. Я уже не пытаюсь отказываться. Мы сели в машину и начали по кругу…
Глюк:
Шести, нет восьми угольник, и я всего лишь одна из его граней, даже скорее угол. Зато я вижу ее по центру, она королева муравьев, мы все ей поклоняемся. Я ее люблю. Но как какой-то небольшой угол может любить ее. Восьмиугольник закрутился и она стала еще прекраснее. Колесо начало трясти, это какая-то странная карусель. Кто-то схватил меня за плечи и начал трясти, я заорал:
- Неееет, отпусти, не надо!!!! Я ее потерял!! Королева муравьев!!! Отпусти!! Я хочу вернуться!!!!
Музыка - Кирпичи. Ребятам весело, их торкнуло, а мое сердце разбито. Я уже ни когда ее не увижу, но это к лучшему, я не знаю как в следующий раз смог бы вернуться. Там не было другого мира, мира в котором я прожил всю свою жизнь, там я даже забыл о том что до нее когда то что то было. Она была вечностью. А я был восьмым стражем, сторожившим ее от мира.
- Ребят, облава - омон. Вырубайте свет!
- Только не свет!!!!!! - раздался крик произнесенный моим голосом.
Опять восьмиугольник, опять она....
Откачали меня в час ночи. Всем стало еще веселее. Я дотянулся до водки и начал пить в захлеб как воду. Так что она затекала мне за воротник. Не помогло, реальность перестала возвращаться даже на доли секунды. Факела, расплывчатые тела обдолбаных девушек. Я уже не здесь, не с ними.
- Меня не отпускает!
Просто слова, которые ни кто не услышит под ненормальное звучание хауса. А кто-то все так же каждый день приходит домой и пьет пиво перед телевизором, но самое страшное, что скорее всего он прав…

Решил написать о вчерашней ночи, пока не подействовало снотворное. На упаковки было написано о том, что для крепкого сна необходимо две таблетки, я съел двенадцать, чтоб уж наверняка. Так что рассказ будет коротким, да и текст будет немного не внятным. До сих пор немного трясусь после вчерашнего.
К двенадцати часам вчерашней ночи я понял, что из офиса уходить уже поздно, да и на утро дел было по горло. Я ни когда не ночевал в офисе, но знал, что это иногда делают все, от директора до секретарши, поэтому везде были довольно удобные диваны, а в ванной комнате стояла кабинка для душа. Ну так вот, поняв что все равно спать мне здесь, я дошел до кухни и приготовил себе восьмую чашку кофе за день, закурив ее тридцатой сигаретой. Так я провел время до двух часов ночи, куря сигареты, распивая кофе и переписываясь с девчонками то в контакте то в аське. В два ночи, я решил залечь спать в кабинете главного инженера, так как в моем кабинете дивана к несчастью не установлено (и если честно я думаю он не влезет). Одеял я не нашел, зато нашел две отличные зимние куртки наших монтажников, под которые я и залег на этом кожаном диване. И все бы было хорошо если бы в четыре утра я не проснулся от того что кто-то схватился за мои ноги. Я сразу понял по хватке и по его виду, что это не человек, и рефлексом было закричать. Но рот не открылся, как будто его заделали скочем. Потом мне в голову пришел единственный правильный вывод. Это снова глюк. Ну ни в первый и не в последний раз, с моим то недосыпом и образом жизни… Если на глюк не обращать внимание, то можно просто забыть о том что он есть. Но тут произошло совсем неожиданное. Глюк начал стаскивать меня с кровати в коридор. Нормальные галлюцинации так себя не ведут. И тут уже пришел действительно верный и немного бредовый вывод – это приведение. Я всмотрелся в него, но увидел только черный полупрозрачный силуэт, сквозь который была видна открытая дверь. Вот тут у меня действительно волосы стали дыбом, не то что бы я уж очень боялся привидений, просто каким-то хреном я перестал управлять своим телом, а следовательно не мог от него отдернуться. А приведение стащило меня уже наполовину с кровати, так что ноги висели в воздухе. Тут я сделал то чему меня учил отец в детстве, начал читать «отче наш», хотя уж как лет пять не считал себя верующим, и еще больше лет не читал молитв. Сразу хватка ослабла и процесс перетаскивания меня в сторону темного коридора заметно замедлился, пока с четвертого повторения молитвы мое тело снова не приобрело подвижность и приведение отпустив меня не отправилось в коридор. Я сразу поддернул ноги под себя и схватив руками крестик начал трястись. В током положении я провел пол часа пока не понял что надо что то делать, до рассвета еще далеко, а если я просижу так еще хотя бы пол часа то просто поседею от страха. Поэтому я встал и пошел в коридор, куда пол часа назад ушел мой призрак. Его там не было и я пошел в свой кабинет, находящейся в противоположной части офиса… Где включив свет я засел в аське. Прошло еще двадцать минут и две сигареты, когда я понял, что чувствую себя трусом, и надо с этим что-то делать. Тогда я снова вернулся в коридор и пошел к кабинету главного инженера в поисках привидения. Но там было пусто, как и на кухне как и во всех других открытых кабинетах. После чего я со спокойной совестью вернулся на кухню и позавтракал жареной курицей с макаронами. Остатки ночи я провел копаясь в контакте…
Сейчас я уже засыпаю, обложенный православными иконами и опрысканный святой водой, у себя дома. А со вчерашним приведением, надеюсь что больше ни когда не встречусь, хотя бы потому что последние года три я в них просто не верил, и надеюсь так и буду продолжать в них не верить, после того как забуду вчерашний инцидент. И еще одно, мне кажется, что это просто подло нападать на спящего человека…

Нас убивает не цинизм, а бессмысленность существования, постоянно чего-то не хватает, но вот чего? Бессмысленное хождение по клубам только лишний раз напоминает, что в твоей жизни чего-то нет. И ты бродишь по концертам, вечеринкам, тусовкам пытаясь найти себя. Но конечно не того себя который и есть ты, а другого. Того себя что спрятался где то в глубине одного из них, так демонстративно отплясывающего на танцполе и так же как и ты делающего вид что вокруг ни кого нет рядом. Ледяной бокал и книжка Генри Миллера, в которой рассказывается о таком же человеке как ты, расхаживающего по барам города в поисках чего-то, но вот опять же, чего??? Секса, это не ответ. Секс, это хорошо, так же как и мой прозрачный бокал с виски со льдом, но это далеко не все, хотя может и все, но я в это все равно не поверю. В клубе становиться жарко и я иду в следующий, хотя прекрасно знаю, что и там все будет то же самое. Бесцельное чтение Генри Миллера за бокалом чего-то очень холодного и крепкого. Алкоголь помогает думать, он вытаскивает меня из моего аутизма и я даже начинаю хотеть с кем ни будь общаться.
Но цинизм берет вверх и я начинаю танцевать со своим отражением в зеркале. Потом знакомое лицо в толпе танцующих и начинается жуткий мыслительный процесс, в попытке вспомнить где меня угораздила подцепить эту девчонку. Но пары алкоголя еще не полностью затуманили мой мозг и я начинаю припоминать, чилаут соседнего клуба пол года назад, груды подушек и шампанское. Она изменилась, да и я наверное тоже. Но она все так же машет рукой подзываю меня к себе. Я делаю вид что мне на это наплевать, и медленно подхожу к ее креслу. Не понимаю ни слова, но инстинктивно чувствую, что она знакомит меня со своими подружками. Потом она поднимается и показывает, что бы я садился, а она сядет на меня. Самое странное, что увидев ее лицо я мог почти с полной уверенностью сказать что все будет именно так.
Она конечно красивая, но я искал не ее в этой грохочущей толпе. Но она уже что-то шепчет мне на ухо, легонько касаясь меня губами. Думает что я возбужусь и мы устроим петинг посреди клуба. Но я не хочу и поэтому не буду. В моей голове слишком много книжек, и поэтому я верю, что в этой толпе есть кто-то единственный, тот, ради кого я прошел все эти клубные лабиринты последних нескольких лет. Раньше, когда я думал, что хожу ради выпивки и девушек было проще. А теперь как то стало совсем не понятно. Зачем? Что за бессмысленный поиск? Ненавижу это гребенное одиночество на танцполах!!!
Знаю, что даже если поймаю такси и поеду домой, это ни чего не изменит. Буду с тем же успехом капаться в Интернете и чего-то искать, искать, искать. Поэтому лучше останусь в клубе и попробую убить этот вечер, а может и всю ночь. Пойду еще в один клуб, а потом и еще. И так всегда. С утра будет понятно, что вечер проведен в пустую.

Вернулся с дачи (там у меня под домом завелся ёж), пробежался и полез в душ, одел деловой костюм и белую рубашку, уложил волосы и пошел на работу. По дороге запил ёгуртом свои витамины. В общем все как обычно, только пытаюсь не много избавиться от привычки быть кем то другим. Ирка говорит что когда ни будь все равно придется. Только я совершенно ни знаю как это делается. После работы я залез в душ, перед этим поставив Пинк Флоид на полную громкость. Я начал бриться, и даже не заметил как сбрил абсолютно все волосы от подбородка до мошонки. Естественно это быль альбом Стена, и я каким то хреном начал ассоциировать себя с главным героем одноименного фильма. Видимо быть сами собой ни так просто как казалось в начале. Я даже на утренней пробежки всегда изображаю кого-то. Обычно я кошу под какую ни будь рекламу, на них проще сосредоточиться и не надо вживаться в характер. Ирке легко говорить, стать самим собой. А я даже не знаю как это. Моя нынешняя личность это какая-то жуткая смесь персонажей из Степного волка, Учения дона Хуана, Толстой тетради и циничных героев американских сериалов. И если честно я к ней немного привык. Она всегда отвечала на мои жизненные вопросы, но Ира права и надо попытаться быть собой. Хотя, черт, я совершенно не понимаю как это делается??? Я даже не уверен что у людей вообще есть личность, но если она все таки существует то я обязательно ее найду в глубинах своего подсознания.
Я всегда знал как надо меняться, берется пример личности, не важно откуда. А потом сопоставляешь себя с ним во время аутотренинга или медитации. В конце внушаешь сам себе, что ты это он и на этом процесс заканчивается. Ты выходишь из состояния альфа и спокойно живешь себе с новой личностью. А как же себя сопоставить себя с самим собой??? Сегодня уже раз пять пытался, но подсознание требует четкой задачи, это как забивания алгоритма действий в программу забыв записать цикл или еще что похуже. Слишком много неопределенностей.
Попытался заняться медитацией по дзен, долго созерцал пустую стену направив глаза в одну точку, сидя в одной из стандартных поз и вдыхая воздух диафрагмой, пока не дошел до полного успокоения мыслей, а точнее их отсутствия. Созерцание длилось пол часа, пока не затекли ноги, точнее они почти полностью онемели. Я снова начал думать. Странно но ни чего не изменилось. Я снова почувствовал себя самим собой, то есть тем кем я на самом деле наверное не являюсь, так как могу с довольно хорошим уровнем точности сказать откуда я нахватался этого «я». Ладно, ночью попробую упражняться по йоге или Кастанеде…

Я возвращался домой из бара темной осенней ночью когда у меня зазвонил телефон. «Серега, забирай Ирку, ее какие-то мудаки бутиратом накачали!!!». Вот так всегда, думаешь что вот и все, приключения кончались, жизнь стала до отвращения скучной. Возраст, ты ходишь в деловом костюме, галстуком и белой рубашке. Дорогая, хорошо уложенная прическа. В этом черт возьми взрослом мире не должно быть места приключениям. Но я связался с Иркой, хотя тоже довольно громко сказано связался. Я видел ее один раз в жизни на каком то опенэире, куда меня случайно затащил брат, что бы я написал статью для Интернет журнала. Да и тем более наши города находятся на расстоянии семисот километров друг от друга, а тут мне вчера мне пришла смс, что она в Питере…
И вот Галя мне и говорит, лови машину и едь на Просвет. Конечно я так и сделал. Галя ждала меня возле парадной, нервно выдыхая сигаретный дым. Она объяснила что ее приятели решили пошутить и дали Ирке двойную порцию бутирата. Что видимо по их мнению было довольно забавно. Зайдя в квартиру я увидел мокрую Ирку выходящую из ванной. Она сказала привет, обняла меня и начала дрожать, я чувствовал ее мягкое мокрое тело дрожащее под быстрые вздохи, потом она быстро побежала в туалет, так как ее снова начало рвать…
Вечер был довольно странный, все должно было быть по другому. Я должен был прийти домой, засесть в аську и отписываться своей девушке что я «тоже ее люблю». Договориться что мы снова будем трахаться на выходных у меня дома. Где я снова напьюсь до полусмерти что бы заткнуть свой внутренний голос и нормально ее оттрахать, да еще и уломать на пару миньетов. Забивая сознание алкоголем, я боялся не совести, а наоборот ее полного отсутствие, ведь для нее это все серьезна, а для меня очередная циничная шутка.
У меня уже месяц была платоническая любовь с московской наркоманкой-эмо, поэтому с питерской девушкой я не виделся уже три недели отмазываясь тем что я занят на работе. Я даже перестал заниматься с ней сексом, так как в моем мозгу это казалось изменой Ирке, с которой мы каждый день переписывались в аське и ни чего больше. Москва – Питер как это все надоело. А в голове все тот же странный голос из фильма «Правила секса», вечная привычка ни когда не быть самим собой, всегда беру кого ни будь героя и начинаю меняться под него. Да и в Ирку то я изначально влюбился из-за того что она мне напоминала главную героиню этого же фильма.
Я стоял в прихожей и немного улыбался, так как я слабо представлял как должен себя вести в ситуации когда твоя любимая девушка, которую ты почти не знаешь накачена бутиратом до полусмерти… Галя начала проводить мне инструктаж для откачки Ирки, передавая ее на полную мою ответственность. Потом начала упаковывать саму Ирку, надевая на нее одежду и набивая карманы деньгами и утренним запасом СП. Мне стало не по себе, обычно, со мной такого не бывает. Но даже у меня иногда появляется чувство, что я делаю что то не так. А сейчас я беру ее с собой на квартиру брата, что бы скорее всего заняться сексом. Появилось ощущение что я вру, ведь она меня не знает. Надумало себе бог знает что, а я этим пользуюсь. Она снова обняла меня и снова произнесла носом какой то странный очень милый звук, от которого я чуть не кончил, стало понятно что лучше девушки я еще не встречал и то что сегодня ночью я не смогу остановиться.
Потом я поймал такси и мы поехали к моему брату, по дороге она рассказывала историю как сегодня в другом такси у нее изо рта начали течь слюни, а она даже не могла их проглатывать… А мой вечер был проведен в VIP зоне Циника где мы с друзьями слушали Doors и играли в настольный футбол и болтали о каких то книжках.

Но как не странно я остался трезвым, так что даже не был уверен в своей потенции. Если честно, то даже не вспомню когда занимался сексом в последний раз по трезвости, наверное несколько лет назад. Всю жизнь было какое то разочарование. Начинаю вспоминать жизнь до этого вечера и становиться жутко, а ведь действительно, мой мир последние годы был просто страшно противен, просто я к этому не много привык и перестал обращать внимание. Всю жизнь испоганила «Библия проклятых» которая как бы говорила мне еще в школе, что так и должно было быть. Она рассказывала что, то самое, первое разочарование и было главным событием в жизни. Когда я тогда, много лет назад, лежал с девушкой в старой палатке после паршивого миньета. Как обычно шел дождь и ее длинные волосы были мокрыми. Рядом со мной лежал мой друг (стриптизер из Центральной стнации), который делал вид что уснул еще пол часа назад. Да, именно тогда уже было все понятно, что жизнь это немного не то что мне рассказывали старшие друзья. Уже тогда стало понятно что и дальше все будет также. Через год будет первый секс в котором я разочаруюсь еще больше чем в первом миньете. Потом первый наркотик, первый передоз, первый поцелуй с парнем и т.д. Ох, так я же еще забыл что за пару лет до этого был первый поцелуй с любимой девушкой. Хотя конечно она была не любимая. Нет, она даже была не симпатичной. Страшной! При поцелуе меня тянула блевать. А в тот первый миньет я понял что я мастурбирую на много лучше. Ту девушку я тоже естественно не любил. Пройдет еще время и я попрошу что бы моя любимая сделала это же. Конечно перед этим я ей обязательно совру что такого мне еще не кто не делал. И конечно она поверит. А почему бы и нет? Она обмажет мой член шоколадной пастой и начнет его сосать. Запретив мне на это смотреть и кончать ей в рот. А я опять совру и скажу что сделаю так как она просит. Мне будет пятнадцать лет.
В то время мир, сквозь потоки лжи, всегда говорил мне что такая жизнь у всех, но я почему то все рано в это ни когда не верил. Когда я кончил ей в рот она сделала вид что не заметила, а сделал вид что этого не делал. Все честно в этом мире основанном на вранье. Та комната была заполнена плотным запахом индийских благовоний с надписью «опиум», которые я начал поджигать еще в восьмом классе. В тот вечер я был уверен что все будет по другому, что вместе с любовью должна исчезнуть пошлость, так по чему же она черт возьми не исчезла? Моя сперма плотной струей вытекала ей в рот пока я делал вид что еще не кончил. А она делала вид что это ей нравится. Потом я скажу что хватит, она резко вытащит его из рта возьмет одноразовый платочек лежащий рядом. Я скажу что это было божественно, а она скажет, «давай еще».
С ней же будет и первый секс, в той же самой комнате пропахшей индийскими благовониями и с родителями смотрящими за стенкой пасхальный крестный ход. Презервативы Дюрекс, бутылка полу сухой изабеллы и альбом Пилота «Джаконда». Мы будет валятся голыми под одеялом, пока она не скажет что теперь она готова. За три месяца до этого она рассказала что еще девственница, да и целовалась она в первый раз со мной. И первое и второе было враньем, во всяком случае я был в этом абсолютно уверен. Она направляла рукой мой возбужденный член сжатый презервативом. Я сказал что войду осторожно, так что бы ей не было больно. Но как только понял что в ней двинулся всем телом вперед. Она сделала вид что ей больно и закричала, а я сделал вид что поверил и извинился. Пять минут движения и я кончил. Это был первый секс. Она начала искать кровь на простыне, а я сразу прикурил сигарету так как знал что крови там нету. Хотя естественно я сделал вид что удивлен. Я докурил, а она взяла мою руку и положила ее между своих ног. Я возбудился и она одела мне презерватив. Я лег на нее и начал двигаться вперед – назад, пару раз мой член вылетал и она направляла его обратно. После первых десяти минут я начал уставать. Через пол часа я захотел курить, но все так же упорно продолжал двигаться. Она охала, притворяясь будто кончает, а я что-то говорил на ее ухо о том как я счастлив. Хотя в моей голове были одни сигареты и то что я на всю жизнь возненавижу этот момент. Через час, продолжая трахаться я понял что больше не люблю ее, поэтому кончив в презерватив задыхаясь произнес «я люблю тебя больше жизни». Она соврала что тоже меня очень любит, хотя не знаю может она сказала и правду…

В два ночи мы с Ирой приехали к брату, и полтора часа болтали о том как кто из нас живет, ведь мы в первый раз нормально общались в живую. Я пытался казаться тем кем она хотела меня видеть, правда я не очень понимал кем именно. Очень сложно объяснять девушки что у тебя нет личности, как и постоянного мнения о чем либо, сразу возникают вопросы «а как?», «а почему?». А я все равно не знал бы что ответить. Просто кто то умеет быть, а кто то казаться. Всю жизнь казался, изображая героев книжек, сериалов или голливудских фильмов. А в этот вечер не мог отойти от дежавю эпизодов фильма «Правила секса». Я расстелил ей сломанную кровать в моей бывшей комнате. Мы продолжали разговаривать. Но уже не понятно о чем, я выключил свет и поцеловал ее. Меня словно ударило током, такого кайфа я не испытывал очень давно. Если честно мне бы этого вполне хватило. Лучшая девушка в мире лежит в моей постели, а я сидя с краю просто целую ее. И дело не в том что я романтик, а может и в этом, просто я ни когда не любил секс. Он всегда все поганил, поэтому обычно у меня все заканчивается миньетом (да и то не всегда), а потом я ловлю такси еду домой и мечтаю о том что я больше ни когда с ней не встречусь. Самое страшное что может со мной случиться это проснуться с девушкой в одной постели. Но сегодня все было по другому, хотя бы потому что мое сердце стучало как ошалевшее. Когда ты любишь все по другому. Игра в жизнь закончилась и началась жизнь. Я потерял контроль, а скорее просто испугался.
Через пол часа я оказался с ней рядом, а еще через пол часа я понял то ради чего стоит жить (заодно попрощавшись с мечтой о чисто платонической любви). Нет, вы меня не правильно поняли, жить стоит ни ради секса, а ради секса с такими девушками как Ирка, я понял что еще пару лет назад мог остаться с одной из своих девушек на всегда, и уже ни когда не понять что такое настоящий секс. Но мне повезло, я встретил ее, ту не то что бы единственную, но как я уверен главную девушку в моей жизни. Ту с которой, когда я закончил, и сказал «я люблю тебя», и действительно в это поверил, наверное первый раз в жизни. Я рад что людям не дано узнать друг друга, я не хотел знать кто она такая в действительности. Может я тоже все на придумывал, сидя на работе в аське и смотря каждые десять минут на ее фотки в контакте. Найти такую девушку как Ира в наша время фригидных стерв, настоящее везение. Всю жизнь для меня секс был чем то не очень важным, чем то стоящим в моем личном хит параде удовольствий после алкоголя, сигарет и наркотиков. Но в шесть утра этой странной ночи я понял что мой мир ни будет ни когда таким как прежде. Наркотики вылетели из тройки лидеров а секс возглавил таблицу. Мир стал делиться на до и после секса с Иркой. Черт, это даже больше чем любовь!!!
Утро ударило солнцем по глазам и я понял что счастлив. Да, именно, действительно счастлив, она лежала повернувшись ко мне спиной и я различал китайские иероглифы на ее спине. Ночью был не просто лучший секс в мире, это был лучшей секс в мире с девушкой которую я люблю. Ко мне пришло понимание того что вот и наступило утро, ночь кончилась, в следующий раз она приедет ни раньше середины зимы, ну даже это черт возьми было тоже совершенно не важно, ведь я любил ее и понимал что мир уже стал другим, все как то стало более светлым, и не важно что на следующий свой приезд она даже может и не вспомнит мое имя. Это не имеет ни какого отношения к моей любви. Я люблю ее, а все остальное становиться на этом фоне не очень существенным. Важно, что в мире навсегда останется то ради чего стоит жить, а именно ради таких ночей как эта, и что бы не произошло, этого уже не изменить. И я снова занялся с ней сексом в лучах осеннего рассвета, думая о том как мне жалко всех этих придурков своих друзей которые со своими постоянными девушками и женами ни когда не займутся сексом с такой девушкой как Ирка!!!
Я написал этот рассказ в день ее отъезда в Москву, а через четыре дня она пришлет сообщение что у нас ни когда ни чего не будет, и что ей не понравилось как я трахаюсь, да и вообще… А я все равно расстался со своей питерской девушкой сказав что у меня появилась другая, не уточняя что эта другая меня тоже уже бросила. Нормальное окончание для пятой главы истории начавшейся бешенной весной этого года, о том как я решил поменять свою жизнь. Каждая глава заканчивается полностью разбитым сердцем, и желанием умереть, так что мне кажется что пять глав за пол года это немного слишком. Сейчас лежа ночью под ватным одеялам на веранде деревенского дома и держа на коленях ноутбук я начинаю понимать что жизнь ни такое уж и говно. Просто мне не везло, жизнь могла быть совершенно другой, если бы по пути попадались другие люди. Если бы той первой девушкой была Ирка, то моя жизнь даже отдаленно не напоминало мою нынешнюю. Хотя возникает вопрос «а надо ли было что менять». Теперь я ее встретил. Мы переспали и больше ни когда не увидимся…

P.S. Снова я где то ошибся и выбрал не правильный путь. Если Ирка будет когда ни будь читать этот странный и немного пошлый рассказ, то наверное я хотел бы попросить простить меня и сказать что я не такой какой ты думаешь, потому что даже я не знаю какой я, хотя именно поэтому всегда остается шанс что ты права:*)

Ну что же, пожалуй можно начать. Начать новый рассказ который будет так часто пересекаться с моей новой жизни. Как странно, что кажется и вот появились первые строки, а рассказа до сих пор нет, по тому что в начале пути ты даже не можешь представить что будет на его середине. Первые строки это всего лишь фундамент новой жизни, а ведь она еще даже не началась. Но я все равно знаю, что появляется в начале история из жизни, а уже из нее произрастает рассказ, или наоборот, что в принципе является образчиком дуальности, а точнее даже оссеметричнасти нашей жизни. Когда начинаешь писать, кажется, что это всего лишь полет твоей не обузданной фантазии. А посмотрев не рассказ через два-три дня что все это правда. Ведь не важно что было первично.
Вот и я сидя за ноутбуком прекрасно понимаю, что любая строчка появившееся из под моей клавиатуру это часть моего прошлого или будущего. И как я могу себя благословить, точно так же я могу себя и проклясть. Многие из нас недооценивают слова, хотя казалось бы почти любой человек хоть раз в жизни всем говорил, что он болеет, а на следующий день заболевал. В моем новом рассказе не будет мистики или изотеризма, наверное все таки лучше оставить все это прыщавым подросткам, которым когда то был и я сам. Нет, в этот раз я буду писать правду. Не в том смысле что настоящую правду, нет, другую. Мою правду. Так как другой правды я не знаю и не признаю.
Первый день я как и многие решил начать с чего то особенного. Для меня чем то особенным являлся концерт в честь дня рождения Джорджа Харисона в модном клубе города. Особенным это было лишь по тому что я не слушаю Битлс, а предпочитаю дешевую попсу. Хотя наверное многим это покажется более чем не интересным. Ведь какая разница другим людям, что для меня важно, а что нет. Но этот рассказ пишется больше для меня, чем для них и поэтому данные, наверное совершенно не важные замечания становятся более чем уместными.
При входе в грохочущий клуб где то в животе появляется странное чуть дрожащее ощущение. Нет, конечно я не боюсь всяких там фейсконтролей, слишком много их пришлось пройти за последние пять лет. Перед клубом появляется боязнь неизвестного, вот сейчас ты зайдешь в клуб, и твоя жизнь может полностью изменится. А ведь у меня уже так бывало. Я вошел превратившись в светящееся в темноте неоновое белое пятно и начал искать свободное место. Конечно нашел. Но парень сидящей рядом сказал что здесь занято. Он запомнил мое лицо над светящемся белым свитером. И уже завтра вечером, правда уже в совершенно другой части города мы будем стоять в очереди к бару, что бы купить пива. Он пожмет мне руку, и напомнит об этом случае сказав что его зовут Рома, и предложит сесть за его столик. А с девушкой, для которой он занял то место я буду целоваться на вечеринке в клубе «Дача». Но это будет лишь завтра в «Орландине», а сейчас я в «Грибоедове». Сегодня, вот что важно. Какая мне разница, что будет завтра. Мой приятель приехал на этот концерт из Англии. Я слушал хорошую игру на баянах, когда из толпы появился мой брат и в мои глаза попал свет вспышки фото аппарата. Он круглосуточно что то фотографирует, и самое странное, что ему за это еще и платят деньги. Все такие модные, красивые, интеллектуальные, что начинаешь забывать о том, что это реальные люди. А реальны ли они? Большую часть из них я больше не когда не увижу. И следовательно на вопрос реальны ли они на самом деле ответить уже не смогу.
Который год я блуждаю по этим клубным лабиринтам, но внутри все то же ощущение так называемого кайфа. Ты входишь в клуб и делаешь вид что тебе на всех наплевать, а вместе с тобой это действие повторяет каждый. Вечное ощущение одиночества на танцполе, люди танцующие друг с другом, но не смотрящие в глаза, а порой даже на лица. И тогда уже становится не важно, кто с кем танцует. Ведь каждый находится где то очень глубоко внутри себя, так что становится странно что они еще слышат эту грохочущую музыку.
Но вот я решаю подняться на верхний танцпол, здесь нет затемнения и неонового света, к которому я так привык. Здесь сидят музыканты, многие из которых можно считать уже легендами. Их можно найти в энциклопедиях русского рока. Они общаются, строя умные лица. Бывший гитарист «Разных людей» и «Зоопарка» рассказывает байки моему брату. В верхнем зале сидят люди пришедшие как и я по VIP приглашениям. Поэтому вид у всех немного занудный. Завтра во всем Интернете появятся их фотографии сделанные моим братом. Естественно, что там будет и мое фото, под котором будет что то написано, но я не буду это читать, просто из-за того что не смогу найти причину поступить по другому.
Следующий день начавшийся с чистки зубов, кружки кофе и рвоты в туалете продолжился на работе за компьютером. Потом был институт и бар на соседний с ним улице, где как и было сказано до этого, я встретил парня из Грибоедова. Но так и не сел за его столик, за которым кроме него сидело две симпатичные девушки. Через три дня одна из них сядет за мой столик и скажет что ее зовут Даша. За моим столиком тоже сидело две симпатичные девушки. Новая жизнь, которую я начел вчера днем, началась с окончания отношений с девушкой. И теперь узнав, что я абсолютно свободен меня окружали буквально толпы девушек. Проблема в том, что у девушек моего возраста возникает боязнь больше не найти нормального парня, и поэтому это нормальная реакция, когда старшекурсник с нормальной работой освобождается на него набрасываются как на кусок мяса. Сегодня я кусок мяса, а завтра возможно я буду кем то другим. Хотя конечно могу и остаться тем же самым. Это не важно. К моему возрасту девушкам нужны уже не мальчики, а хорошие мужики. А я как раз начал ходить в рубашке, пиджаке и прилизанными волосами. Новая жизнь начинается с новых образов. Я еще просидел час за столиком. Ко мне подошла девушка из-за соседнего столика, я ее не помнил но скорее всего мы были знакомы, так как она попросила меня купить ей пиво. Я уже знаю этот финт, расстояние между нашими лицами десять сантиметров и она смотрит мне в глаза. Но черт возьми, у меня же нет денег. И я мило улыбаюсь сообщаю ей этот факт. Она не верит. Тут становится понятно, что она пьяная. Смешно, она думает меня заклеить, поэтому продолжает разводить…
Черт, как сложно писать жизнь. Герои появляются на страницах, книги чуть раньше, чем они появляются в моей жизни. Поэтому текст постоянно приходится редактировать, пытаясь показать особенную важность главных героев. Два пустых места в клубе Грибоедов, значат в моей жизни на много больше, чем этого можно было ожидать. Даже больше чем я сам мог этого ожидать. А таких мест уже много, хотя было написано меньше двух страниц. Я пытаюсь показать важность совершенно бессмысленных моментов, из которых и состоит жизнь человека идущего путем знаков или как многие это называют путем судьбы.
В тот вечер я понимал что мне не чего делать и пошел в клуб «Революция», где отмечался выпускной вечер. Столько знакомых людей но я сажусь за столик к двум дальним приятелям. А ведь я тогда не знал что они одногрупники тех девушек для которых были заняты места в клубе Грибоедов. Парни предлагают мне выпить с ними водки. А я естественно соглашаюсь. И только тут мы по нормальному знакомимся и начинает болтать о жизни. Здесь же снова появляется мой брат, которого наняли фотографом на эту вечеринку. Как странно, я его вижу только в клубах и всегда за его большим фотоаппаратом. Этой ночью он познакомится с порно актрисой, голые фото который скоро появятся у каждого студента моего вуза. В один вечер столько странных встреч, знакомств, событий. А о чем писать? Обо всем сразу, тогда потеряется суть. О каких то отдельных событиях, да кажется и так тоже не должно получиться какой-то целостности. В этот вечер я танцевал на сцене, возвышаясь над толпой студентов. Обнимался в VIP зале по очереди с пятью девчонками. Но это опять все не стоит описание. Важна была та первокурсница которая сидела рядом с моим другом Севой. Я сел к ним и начал разговор. Хотя нет все по порядку.
Ко мне подбежала моя знакомая. Говоря что у нее из сумочки украли деньги она обняла меня и повела в туалет трахаться. Естественно она была пьяна, да я и не хотел ее. Что за бред, почему если ее обокрали, то я обязательно должен ее трахнуть. Где логика? Важно что бы решения которые ты принимаешь возникали не на простых животных инстинктах. Они должны приниматься твоим подсознанием. Поэтому я извинился и сказал что отойду на секунду. И вернулся за свой столик.
Ну так вот, я сидел в VIP зале этого клуба выдыхая тонкими струйками дым сигарет и прихлебывая тоник с водкой из бокала наполненного льдом. В общем в этом то не было ни чего интересного, я прожил в током положении несколько лет своей жизни, и теперь мне это казалось жутко занудным. Хотя конечно я делал вид что мне весело. Это как в обычной жизни, когда в сумке всегда лежит две вещи плэйбой (что бы все думали что ты нормальный) и книжка Гессе (что бы читать когда ни кто тебя не видит). И так и проходит жизнь с плэйбоем в одной руке, а бутылкой пива в другой. Пиво, для того что бы ни кто не подумал что ты еще и трезвой. Жуть, я столько лет пил, что теперь когда я трезв и не хочу пить становиться даже как то неудобна перед друзьями. Но я не об этом, когда в тот вечер я сидел в клубе ко мне подошел Сева и сообщил что он познакомился с ахуенно умной девчонкой увлекающейся Платоном. Шок!!! Это вывела меня из состояния созерцания собственного превосходства над остальными низшими существами и от неожиданности я даже сделал удивленный вид. Конечно только на секунду, на следующий же затянулся сигаретой и снова стал невозмутимым. Умная девушка? Честно говоря верилось с большим трудом, уже лет пять как я не встречал особей этого вида. Но жизнь, на то и жизнь, что преподносить неожиданности. Допив свой бокал, я направился за Севой в нижний зал к танцующей и бухающей молодежи.
Надо уточнить что я человек с немного завышенной самооценкой и считаю что лучше и умнее всех остальных своих знакомых. Нет, конечно я не считаю что я лучше всех в мире, просто видима эти уникальные существа обходят меня стороной. Я подсел вместе с Севой за ее столик и взмолился об одном. Только бы она ни сказала что она увлекается философией Куэльо!!! А все остальное не так уж и страшно. Она этого не сказала, хотя может и сказала, просто я был пьян, а разговор все равно зашел об Алхимике, но без этого уж теперь не куда.
Ко мне подошел Сева и задал тебе вопрос: «Она тебе нужна?». Я ответил после продолжительного звука «ээээ», «Не понял?». «Ну тебе она нравиться?». Я кивнул, «Очень». «Забирай», сказал он похлопав меня по плечу. Да, Сева настоящий друг, правда я не всегда его понимаю. Ну и вообще он какой-то странный. Еще даже больше чем я. Он из той породу людей которые думают и говорят совершенно разные вещи, а порой и диаметрально противоположные. Так что данный диалог можно было понимать как угодна, хотя вполне возможно что он имел ввиду именно то что говорил, хотя бы ради того что бы посмеяться над моей задумчивостью. Я действительно задумался и прикурил сигарету. Нет, не подумайте я не из тех кто может думать только с сигаретой во рту, иногда я могу сосредоточиться и обойтись без нее. Хотя конечно сложно. Выкурив сигарету я подошел к Севе со словами «Если она тебе нравиться то я могу уступить, у меня с ней все равно ни чего не получиться». «Почему?», теперь уже Сева заинтриговался моей ответной любезностью. «Очень просто, она не из тех кто зажигает с парнями при первой встрече, а ты знаешь так много девушек способных выдерживать меня больше одного дня?» Сева задумался, ответить правду и сказать что он не знает было бы просто не прилично, а врать он то ли не любил, то ли не умел. «Да ладно, хоть попробуй, у меня сегодня все равно настроение не очень, да и я домой уже собрался». Настоящий демократичный ответ, сказать лучше было просто нельзя.
И я начал к ней клеиться, правда не очень удачно. Ну не умею я клеиться к девушкам. Разводить на секс пожалуйста, а вот так что бы по нормальному ради поцелуя… Поэтому я начал говорить о Фрейде. Уже потом я узнал, что то ли она его не любила, то ли не читала, но диалог получился довольно странный. Так как подошел Петя и вступил со мной в бурный спор, а я естественно не готов был проигрывать, тем более в теме в которой я действительно разбирался. Вот и получилось что пару часов девушка слушала нашу ругань по поводу отношения фрейдизма к современному психоанализу. Потом Петя ушел, а я посмотрел на нее и понял, что жутко хочу ее поцеловать. Но для этого надо для начала хотя бы ей понравиться. Тут на соседний диван упал Сеня, посмотрев на нас сидящих вдвоем он решил, что самое время поболтать про последние двадцать опенэиров на которых он был. Конечно я тоже начал с ним спорить говоря что лучший был кастлдэнс, а он утверждал что то другое. В голове вертелась мысль о поцелуе, а рот говорил о выступлении Тимо Маса.
Была ли она симпатичной? Не помню, хотя Сева говорил, что да. В любом случае она не сравниться с Дашей и ее модельной внешностью. Я завел разговор о Ницше. В этот вечер Сева ждал другую мою знакомую девушку – Полину. Он очень хотел что бы я их познакомил, но она так и не прейдет. И Сева остатки вечера проведет один. Что можно сказать еще об этом вечере? Да практически не чего кроме того, что Асю я так и не трахнул, а если честно то даже не поцеловал. Хотя попытки были, и я уверен что многое могло бы получиться если бы не мои друзья, которые подходили с периодичностью в тридцать секунд и задавая тупые вопрос.
Через пару дней и я сидел в клубе Дача, нет, не так, я лежал и целовался с блондинкой жутко похожей на Глюкозу, тогда мне показалось это забавным, она была лучшей подругой Даши. Я опять оказался в своем родном мире, где я делаю вид что мне на всех наплевать. В моем стакане была водка с тоником и лед, он был уже десятый и поэтому я был пьян. Телефонный звонок заставил меня вынуть язык из ее рта. Обычно я не поднимаю трубку когда из-за музыки не могу расслышать даже свой голос, но номер был не знакомый и мне стало любопытно. «Алёоу…». «Привет, это Ася из революции, ты меня помнишь, мне Петя дал твой номер». Я встал с дивана, так и хотелось бросить все рвануть к ней, но она предложила встретиться лишь завтра. Я снова сел, и в другом ухе, противоположном от того к которому была приложена трубка, оказался язык девушки похожей на Глюкозу. Вспомнил, ее звали Наташа. Мне стало как-то неудобно. Я согласился встретиться завтра.
А через два часа после того звонка меня выкинут из мерседеса двое азейбарджантсов, перед этим хорошенько накачав меня клафелином. Хотя, мне кажется, что в принципе они были нормальные ребята, ведь я даже остался жив. И они даже угостили меня пивом «старый мельник», в котором и был клафелин, и сигаретами «русский стиль». В Мерседесе был экран, по которому показывалось тяжелое порно.
Ну вот и среди героев появилась Наташа. Симпатичная блондинка не большого роста, очень похожая на певицу «Глюкоза», да и вообще довольно модельного вида. Я тоже лишь герой этого не нужного романа, поэтому я уже стараюсь не думать за чем я целовал Наташу, а затем полез в Мерседес. Но герои думают не много по другому, не как реальные люди. Мне становится как то не по себе, когда понимаю, что все это происходит как то не со мной, а с кем то другим. Тогда, ночью, когда меня выкинули из машины, я начал что то кричать. Во круг моего тела были сплошные галлюцинации. Люди которые окружили меня, и которых на самом деле не было. Но глюки это не самое страшное, к ним можно привыкнуть, а вот мои речевые функции восстанавливались еще несколько суток. Это было круто, в два часа ночи бегать с криками по не знакомым дворам, пытаясь догнать людей, которые являются твоими собственными галлюцинациями.
С Асей я договорился встретится в три часа следующего дня, но естественно мне было не до нее, так как мой организм все так же бесполезно старался переварить этот гребаный клафелин. Это оказалось чуть сложнее, чем могло показаться в начале. И я смог нормально стоять на ногах лишь в восемь вечера. Вот так всегда, да и к тому же в мою отмазу поверить почти не возможно. С нормальными людьми такое не происходит. Что наверное и к лучшему. Или если происходит, то они остаются в таком шоке, что не поверить им просто не возможно. Так что мне была нужна другая отмаза, в которой бы не упоминались азейбарджанцы с клафелином. Так просто и так сложно. Ася мне все равно не поверит…
Ну, ладно, вернемся к нашей новой героине – Наташе. С которой мы начали целоваться в клубе «дача», как раз перед моим похищением. Тогда Наташа рассказала о том что она меня заметила два года назад, когда я сидел с энциклопедией по эзотеризму, после чего она все последние два года показывала на меня пальцем, говоря подружкам что она меня любит. А теперь вот она со мной познакомился, только для этого мне понадобилось сходить в Грибоедов, подойти к месту которое было занятым, после чего начать общаться с Дашиными однагрупниками, потом прийти в Орландину в то же время в которое пришла Даша, пойти с ней в Дачу, а уже потом встретится с Наташей и Дашей около ларька и пойти с ними снова в Дачу. И это называется жизнью. Наташа мечтала познакомится со мной два года, а для знакомство понадобилась такая гигантская цепь случайностей. Вы скажете, что это почти не вероятно. Но в жизни, у нормальных людей все так и должно происходить. Просто для этого надо хотеть так жить, и относится ко всему по легче. Что бы сделал другой человек, выкинь его из машины в незнакомом районе посреди ночи, с головой забитой жуткими галлюцинациями. Да и еще к тому же с полной не способностью произнести хоть одно слово. А я скажу вам, что бы он сделал. Во первых он не смог бы добраться до дома, так как это не знакомый район, а спросить он не может. Второе его забрали бы менты, потому что ходить хоть чуть-чуть прямо у него бы тоже не получилось. Ну а в-третьих, когда бы менты привезли его домой, он ушел бы в много месячную депрессию. И именно по этим причинам, с ним не когда не будет таких событий.
Жизнь не любит слишком серьезных. Ну что мы зациклились на криминале, вернемся на неделю назад. В тот вечер я познакомился с Дашей. А через час мы уже обнимались, у нее очень красивое тело. Ну это странное правило – «не чего личного, просто всегда должно было быть весело». В этот раз, об этом мне скажет Даша, теряясь на танцполе, а через неделю Наташа засыпая на подушках, в каком-то клубе. Как с Дашей, так и с Наташей, я не хотел уходить, мне надо было просто остаться вместе с ними. Но, нет, эти правила слишком важны что бы их было можно нарушить.
Ну вот опять хочется что бы рассказ был чуть более реалистичным. Что бы человек читающий его чувствовал, что это жизнь реального человека, являющегося главным героем этого романа. Но как всегда для достижения реалистичности приходится убирать реальность. А все из-за не способности читателя вести полноценную жизнь. Ну вот теперь придется вводить более простых персонажей. Я думаю что надо в начале написать о Севе, хотя бы по тому что он появлялся в этом рассказе.
Сева один из моих близких приятелей, хотя до разряда друзей он не дотягивает еще довольно сильно. Мы пересекаемся с ним на пьянках, хотя как-то раз, примерно месяц назад я ночевал у него дома. До этого, в этот же вечер мы с ним танцевали медляк на концерте лесбиянок. А потом весь вечер, а точнее ночь пили водку. Зачем? Да просто так, потому что так интереснее. Потому что все должно было быть так, а не иначе. После той ночи мы проснулись и с утра пошли в клуб «Орландина», около его дома. Где сквозь дым наших сигарет можно было увидеть уборщицу моющую под столами полы, и бармена пытающегося заснуть на барной стойке. Холодное пиво сквозь дым сигарет. Так мы сдружились с Севой и наверное лишь поэтому в тот выпускной вечер он оставил мне Асю. Сева, лучший друг Лизы, поэтому даже если бы мы друг другу не нравились мы бы все равно встречались бы каждый день. Хотя как не странно с ним я познакомился чуть раньше чем с ней на вечеринки у одного общего приятеля с которым мы уже оба давно не общаемся. Тогда я пытался трахнуть девушку, с которой только что познакомился, в туалете какого то клуба на петроградке, но когда мы уже сняли трусы обнаружилось чту ни у нее ни у меня нет презервативов. Конечно мы потискались, но ощущение уже было не то и я пошел к бару. В это время уже где в три часа ночи в клуб пришел Сева и пригласил именно ту девушку на медленный танец (хотя он тоже ее не знал). А девушка ему рассказала что только что целовалась в туалете с парнем который снимая с нее трусы рассказывал теории Канта плавно переходя к Кастанеде. Танец остановился и Сева сразу пошел ко мне знакомиться. Спустя год он предложит ей с ним встречаться, но она скажет нет.
С Лизой я познакомился при похожих но еще более странных обстоятельствах, я ехал на тур базу с профкомом, а она подошла ко мне и предложила купить на двоих упаковку пива и жить в одном номере. Она естественно не знала что я тоже знаком с Севой. Хотя Лиза говорит что познакомились мы на год раньше в тамбуре электрички. Хотя если честно я это не очень помню…
У Лизы есть еще лучшая подруга Бекля, с которой я познакомился еще раньше чем с Севой. Тогда она встречалась с самым паршивым парнем в вузе, который по совместительству являлся моим знакомым. Ну так вот, подходит он ко мне как то и говорит - вот это моя девушка Катя. Это уже потом я узнал что Бекля самая туповатая девушка в вузе, и лучшая подруга Лизы.
Зачем я все это рассказываю, так для того что бы показать что вся жизнь состоит из сотен нелепых совпадений. Это не большой отрывок из жизни, а если брать всю жизнь. Тогда эту паутину уже не кому не по силам распутать.
Сейчас, сидя в комнате перед ноутбуком эти паутины жизни кажутся не очень реальными. В комнате идеальная чистота, а ноутбук стоит на стеклянном столике. За спиной весит плакат с Ганешей, остаток моего мистического прошлого. Тогда мистика мне была нужна для понимания жизни. А потом я начал верить в судьбу, а точнее что у некоторых она есть. У меня она есть и я стараюсь ей следовать. Захотелось курить и я вышел на балкон, этой ночью начался первый весенний дождь, а я встретил его с дымящейся сигаретой в зубах. Мне кажется, что так и должно было быть. Чувство, оно появилось но я не смог его описать. Наверное, из-за того, что мое сознание до сих пор упирается в тот обледенелый асфальт, в который упиралось мое лицо несколько дней назад. Опять все кажется встала на мои места и дождь опять затушил мою сигарету. Это что-то значит, наверное что в этой странно связанной жизни похожей на тупой кинофильм каждый день происходит что то новое.
В день первого знакомства с Дашей, в туалете я разговорился с ее приятелем Ромой. Он сказал, что она стерва. И единственный способ ее заинтересовать, это клеится к кому-то другому. Так я начал целоваться с Наташей. Не когда не понимал девушек. Хотя нет, есть свои мысли. Просто они такие же как мы, постоянно хотят лишь то чего не могут получить. У меня ведь то же самое, всю жизнь что-то получаю, и это сразу становится не интересным. Во время поцелуя Наташа мне сказала, что я красивый, и что между нами это все не серьезна. Хотя и то и другое девушки мне говорят довольно часто. Можно было привыкнуть, что весь этот ебаный мир не более чем тупая шутка, но каждый раз когда мне говорят что это все не серьезна, я вспоминаю о том кем же я все таки являюсь… И хочется что то изменить, но понимаю что не могу. Нет, возможно и могу, просто не знаю как.
Пять дней сквозь дым сигарет и запах кофе, в комнате где на стене весит Ганеша – индийский бог удачи. Петь дней за книжками Гессе и Кортасара. Не одного звонка по телефону. Ни Аси, ни Даши, ни Наташи. Пустота, заставляет верить что все это не правда, и руки уже тянуться переписать весь текст. Но нет, так не должно было быть. Я дошел до института и встретил Лизу с Севой, как я и ожидал они не очень поверили моей истории. Подумав что это очередная шутка. И мне стало легче.
Ну вот и появляется новая легенда. Они всегда появляются неожиданно. Проблема века концентрированной души, в не хватки героев для легенд. Почему я так говорю о нашем веке, да очень просто. Вся романтика ушла в чаты и смс, так же как в девятнадцатом веке она ушла в письма. В такого рода общении концентрируется душа. В отличие от всего двадцатого, где было важно как ты разговариваешь, движешься, гипнотизируешь. Сейчас стали важны сами чувства, которые каждый пытается спрятать в нескольких строчках. Все возвращается на круги своя. Именно в девятнадцатом веке начали появляться истинные романтичные герои, которые могли стреляться на дуэли ни моргнув глазом, и рыдать когда заболевала их любимая. Век романтиков, который закончился с появлением понятия «герой нашего времени». Точнее с появлением таких героев, когда стало понятно куда ведет эта романтика. А куда она действительно ведет? К скуки. Звучит немного банально… Но скука это именно то что делает нас героями. Вот и я герой моего же рассказа страдаю той же проблемой. Мне скучно, любое жизненное действие повторившееся более одного раза является уже чем не правильным, банальным, пошлым. И именно это приводит к тому о чем я пытаюсь рассказать.
Конец, это лишь очередное начало и очень странно если кто то этого еще не понял.
Все тот же бар около моего вуза. Даша смотрит мне в глаза, а я смотрю в ее. Что будет дальше? То же самое что и обычно. Я говорю: «Что ты делаешь сегодня вечером?». Она отвечает «Иду с тобой». Ну вот и завязка, сегодня я поцелую ее всего один раз, как раз перед тем как ее сестра украдет мой паспорт. Всегда не любил криминал, а с этой сексуальной сукой я влез в него по самые гланды. Хочется нормальной жизни, без накачивания клафилином, краж и южан на мерседесах. Но мир слишком сложный что бы позволять нам расслабиться хотя бы на пару дней.
Два коктейля «зеленые глазки» которые я выпиваю на выходе из бара делают мои глаза красными. Правда коктейли получились не очень, так как кончился апельсиновый сок, и бармен заменил его грейпфрутовым. Голубой цвет, когда он попадал в мой рот, надо было сразу понять что в этом что-то не так. Мир всегда пичкает какими-то знаками, при том почти всегда понять их остается не возможным. Вот и я не думая не о чем перешел в другой бар прихватив с собой Дашу и Пашу. В другом баре мы купили по пиву и Паша уснул положив голову на стол. Она обняла меня, и начала говорить то что я хотел услышать. О том какой я красивый, о том что она всегда мечтала встретить такого как я. Боже как я хотел все это услышать! Нет, не услышать, верить… Сколько раз я говорил подобные вещи и именно поэтому знал что это разводка. Но это вечное проклятое желание узнать, а что же будет дальше, делает нас какими-то другими. Ты знаешь, что тебя разводят, но абсолютно ни чего не делаешь.
Контроль, всегда все хочется держать под контролем. Поэтому весь вечер я провел играя с Дашей в поддавки. Она пила водку, а я мартини. Я выпил литр, а она пол. Мы так и не напились, просто делали перед друг-другом пьяный вид. Я понимал, что она делает из себя пьяную секси-гёл. Но и это как то не особенно меня занимала, наверное я просто банально хотел ее трахнуть. Не когда не понимал почему герои романов себя так ведут. Герой всегда знает что должен уходить или остановиться, но не когда не уходит, ведь иначе не будет действия, а это самое главное. С Дашей мы вскоре перешли на квартиру моего брата где она начала меня лапать, а потом мы оказались вдвоем и решили лечь на кровать…
Ну вот так и заканчиваются нормальные рассказы. Главные герои занимаются сексом и у них начинается бурный роман. Но я дерьмовый главный герой, да и Даша наверное не лучше. А рассказ всегда живет своей жизнью, как бы хотелось все закончить именно так, а не иначе.
Пол первого ночи, мы лежим на кровати, когда у Даши звонит телефон. Ее сестра ушла от мужа и хочет с ней встретится. Конечно это вранье. Через два часа у меня будет украден паспорт, а на домашний телефон моего брата будут звонить с угрозами. Я постараюсь не думать об этом, поэтому выпью еще пол литра вермута.
Так же все не должно заканчиваться. Но кому это черт возьми надо? Можно поставить свою жизнь на кон, и конечно обязательно проиграть. Но ведь сама попытка стоит довольно много. Мне всегда хотелось что бы девушку интересовал я, а не образ который создается мной и другими во круг моей личности. Не много странный, не много циник, не много алкоголик.
Конец. Шучу. Это всего лишь начало как и любой конец, правда дальше не будет криминала и я начну нормальную жизнь вместе с Асей. Так что дальше пойдет история о том как мы начали встречаться.
Строка бежит чуть быстрее чем моя жизнь. Прошел ровно месяц, когда я понял что надо продолжать писать. Даже у героев бывают передышки, хотя какое там, я не отдыхал, а трудился на благо унижения жизней всех моих знакомых, доказывая им свое превосходство. За это время у меня появилось даже две фанатки. Одна из которых призналась мне в любви около бара под названием «Мистер Джем», куда меня притащил Сева после работы. Естественно я сказал Алене, что она мне не нравиться и у нас ни чего не получиться так как… Там я ей чего то наплел, и конечно почти сразу забыл. Другая поклонница Наташа начала мне посвящать стихи. А третья, а да почти забыл, была еще и третья с которой я познакомился в клубе «Пойнт», правда она была по проще и просто вздыхала из-за угла. Ни когда не был любителем таких девушек, да в общем-то они все три мне не очень то нравились. Другое дело Ася, за последний месяц я был с ней на трех свиданиях, на одном из которых я даже подарил ей цветы.
Ну так вот, после пропажи паспорта я решил временно завязать с девушками. Ни знаю почему, просто решил. Поэтому теперь по всему Интернету раскиданы фотографии меня целующего в засос Севой. Это было неделю назад, тогда сразу после поцелуя ко мне подошел сорокалетний финн, и предложил мне пять сотен долларов, за то что я провел бы с ним ночь. Мне было лестно, но я решил все же отказаться. Хотя теперь в вузе ходят больше сотни легенд о моих похождениях с финнами.

Ну вот и кончалось лето. Наконец-то, я ждал этого целый месяц. Сегодня холодно и идет дождь, и если меня позовут куда ни будь гулять я всегда смогу сказать что сегодня плохая погода и останусь дома. Осень, как долго я тебя ждал. Все лето я не мог отдохнуть, расслабиться или банально заняться работай. Постоянно спешил и даже два часа без тусовки считались потерянным временем. Охранники клубов начали узнавать в лицо, а бармены здороваться и знать на перед, что я закажу водку с тоником и со льдом. Постоянные посетители стали приветливо кивать, как старому приятелю.
На выходных выгреб пустые бутылки из под всех кроватей и столов, получилось четыре больших пятерешних пакета (с трудом запихал в мусоропровод). Нашел флешку, которую потерял в конце весны и даже вымыл всю посуду. Осень это клева!!! Сегодня первый раз за много месяцев начал мерзнуть, поэтому засыпая зарылся под все четыре свои одеяла, хаотично раскиданные по моей четырехместной кровати, точнее это две двухместные, просто я их сдвинул пару месяцев назад что бы было удобнее смотреть двд и работать за ноутбуком одновременно.

Вот пришел из клуба и решил начать попробовать писать нормальный ЖЖ. Все равно все это не особенно важно.
«Водка с тоником из стеклянной бутылки (ненавижу пластик) и со льдом». Фраза повторившаяся за день пять раз. В начале Мод, где я читал какую то бессмысленную книжку, делая вид что мне на всех на плевать. Потом Дача где я занимался тем же самым. Ну и конечно Фидель. Вечная сигарета зажатая между губ, и направленная как бы вниз.
Придя домой попытался сделать японский сад камней из бутылок из под пива. Точнее нет, в начале я пытался сложить в таком же духе кучки хабарников, правда очень быстро кончались сигареты. Да и бутылки не шибко помогли, так как одни из них принципиально отказывалась исчезать. Наверное я был слишком пьян.
На следующей день та же самая программа, только после клубов поехал (второй раз за лето) к себе на дачу. Идя ночью по улице, ко мне подошел парень лет тридцати в рваной фуфайке и пропитым лицом с фразой, «Мужик, тут один парень не пробегал???» «Нет» «Будешь самогон» «Буду». Другого ответа он от меня и не ожидал. В деревне за последние 6 лет ни чего ни изменилось. Это радует. Так как мне казалось, что мир начал довольно сильно меняться. Я думаю что на этих парнях в фуфайках и держится наша Россия. Потом сидел со старыми друзьями на братской могиле, с пивом, костром и тупыми шутками. Приходилось делать вид что мне тоже смешно. А в четыре утра пошли домой, и по дороге я лазал рукой в джинсах старой подруги. Конечно не из-за того что мне этого хотелось. Просто иначе меня там бы ни кто не понял. Прейдя домой я понял что еще как минимум пол года меня на дачу не затащить…

На днях брат попросил написать рассказ. Я решил написать о моей любви к одной девушке… Но получилось не много не то и я пару дней не знал куда это девать, не отсылать же ей на мыло. Да и брату наверно это эссе не особенно нужно. Видимо я не много разучился писать о любви. Хотя довольно забавно. Сейчас, уже пару дней у меня жутко дерьмовое настроение (наверно ее не хватает) поэтому решил это кинуть хотя бы в ЖЖ. (часть этого эссе была до этого выложена в заметках) И пожалуйста не надо относиться ко всему этому серьезна, это просто мое плохое настроение…


Так мерзко, что даже как то не хочется писать. Я ведь и так знаю что ни кто не поймет ни одной моей мысли. Но почему? Почему так сложно понять теории, которые начали образовываться еще в двадцатом веке. И тогда считалось что они и станут их девизом. Но случилось не поправимое и человечество вот уже в сотые раз повернуло ход своего духовного развития в старое доброе мещанство. Хотя сто лет назад еще казалось что оно скоро исчезнет и ни когда не вернется. Это как животные которые после попадания в красную книгу начинают размножаться с такой скоростью что ставят под угрозу существование других видов. Это же и произошло с мещанством, и именно поэтому рассказывая вам о красоте дерьма мне приходится вешать между нашими глазами призму сигаретного дыма которая как будто показывает всю несуразность моего отношения к данной теме, и в общем-то немного абсурдность ее смысла.
То что было хоть когда то романтично, уже на всегда останется вульгарностью. Но как же можно объяснить это миру, которой по другому не умеет передавать свои чувство. Это страшно, ведь людям что бы сказать «Я тебя люблю», действительно приходится произносить «Я тебя люблю», потому что иначе его не смогут понять друг друга. А как жить человеку с природным чувством прекрасного, который настолько романтичен что просто схватит предмет своего восхищения и будет иметь его как только можно с криками «Сука, я тебя ненавижу», и тем самым действительно искренне признаваясь в любви. Про него скажут что он ничтожество.
Три свечки на столе, бутылка вина, какой-нибудь ужин разогретый в микроволновке и главное всегда говорить то что хочет услышать другой. Потому что иначе он тебе просто не поверит, так же как не верите вы читая эти строки. Не большое отклонение от вашего(стандартного) понимания мира и человек на другой стороне монитора закроет свой мозг для поступания туда чужеродной информации. Поэтому единственный способ что то сказать человеку, это сказать то что он и так знает, сказать то за чем он начал слушать тебя, то есть то что изначально не может быть правдой. А тогда черт возьми зачем надо было начинать этот бессмысленный разговор.
Я ставлю перед собой двойной преломляющий фильтр сознания – моих сигарет и бутылки полусухой изабеллы. Такой, которая не очень дорогая и продается в бутылках с надписью страны ближнего зарубежья. Но фильтр не помогает и даже после такой сложной обработки букв на экране ноутбука все равно остается правда, и даже если сюда рядом положить несколько колес или еще чего похуже ни чего не изменится.
Раньше еще хоть чуть-чуть казалось, что еще не много и люди увидят красоту, но вместо этого утыкаясь в экраны телевизора или окна квартир, они начинали видеть очередную иллюзию. Ту красоту, которая уже просто не может ее быть, потому что уже была ею однажды. Но вечная неспособность придумывать, что либо новое возвращает нас к тому, что уже было. Миллер, Кроули, Лири – люди которые говорили людям как надо жить, а люди кивали, делали умный вид (который всегда выглядит как то глупо) и говорили что понимают о чем идет речь. Так почему спустя пол века люди видят красоту только в вульгарности, для которой подходит лишь одно русское слово – кич.
Мои слова произнесенные (на первом или втором курсе института) после секса «это было божественно» означали примерно следующее: я больше тебя не люблю. А когда я дополнил их «такого со мной ни когда не было» означало что мы больше ни когда не увидимся. Ну конечно эти слова значили на много больше, в них я запихал всю ненависть которую испытывал к ней, меня потянуло блевать и именно поэтому мое лицо изобразило блаженную улыбку. Но почему она этого не поняла, ведь в этом нет ни чего сложного. Всегда надо говорить то, что ни есть на самом деле. Но ей надо было вытащить еще больше моей ненависти и именно поэтому она предложила продолжить после перекура. Я спрятался за дым сигареты с мыслью что наверное это не справедливо, я же с ней абсолютно честен, при том так как ни кто с ней не был до меня. Но ей надо было меня уничтожить, притом так, что бы я начал произносить слова которые начали как рвота выливаться из моего сознания через мое счастливое лицо о том как я ее люблю больше жизни, о том что я не мог без нее жить. И я даже начал чувствовать что действительно заслужил все это, что эти мерзкие слова как бы мой крест который я должен платить за слишком глубокую духовность и понимание этого мира, а секс с ней это мой терновый венец который был заслужен за мое рождение немного не в ту эпоху.
Слава пропадают когда становится не ясно, как можно всего этого не понимать, или понимать но не признавать. Это не важно, если вы прочитали эти фразы и пойдете любоваться на звезды значит это все действительно совершенно бесполезно…
Сигареты как символ циничности нашего времени, во время разговора с вами я только делая вид что обращаюсь к вам. На самом деле я говорю сам с собой, просто надо же делать вид что я еще не настолько сумасшедший. Вы смотрите мне в глаза, а я смотрю на сигарету и мои слова уходят куда-то в глубь моего желудка. От них у меня скоро начнется гастрит, но я же не могу себе позволить ими разбрасываться ими на право и на лево. Хотя бы по тому что я циник. И именно поэтому я обязан курить как минимум пятнадцать сигарет в день. Ведь иначе может произойти так, что незаметно от меня несколько слов долетят и до вашего сознания. О!!! А это уже довольно опасно. Что будет когда вы задумаетесь над тем что я говорю. Вы можете в это действительно поверить, а я ведь не стану вам объяснять что это всего лишь странная шутка, которую вы просто физически не сможете понять из-за слишком серьезного отношения к миру. Ну вот мне снова стало противно из-за вашей мещанской сути…

Это было много лет назад. Мое первое путешествие к месту силы. Я шел вместе с очень красивой девушкой, одетой в одежду больше подходящей журналу Cosmo, чем этой истории. Выйдя на ту дорог, начинаешь понимать, что как прежде уже ни чего не будет. Солнце светила в глаза, а ноги тонули в песке. Ворон взлетел с ветки дерева и начал кружить над нами. За весь поход он так не разу от нас и не отлетел. В те времена, ворон был моим талисманом силы. Как вспоминаю те дни, аж в дрожь берет. Великая заброшенная дорога, построенная больше тысячелетия назад и ведущая к силе. А я обычный пятнадцатилетний парень кидаю ей вызов. Мне было наплевать, убьет она меня или нет. Главное было доказать себе, что я лучший маг, который когда либо ходил по этим пескам и болотам.
В первый день, она увела меня в топкие болота. Потом, уже вернувшись домой я как-то раз посмотрел по карте, мы ушли в самый центр тридцатикилометрового непроходимого болота. Дорога продержала меня там до четырех утра, пока полностью не исчезла под тинистой водой, а кустарник вокруг не стал сплошной завесой с повисшей на ветках паутиной. Лес часто играл со мной и до этого, поэтому я его не боялся, хотя наверное зря. Тогда я знал, что он не сможет меня запугать. Я повернулся и пошел в глубь чернеющих кочек в сторону заходящей полной луны. Но нет, девушка схватила меня за рукав, и начала говорить что боится. Что дорога пытается нас убить. И ворон летающий над нами тоже просит остановиться и пойти назад где дорога была твердая.
-Я ее не боюсь, дорога слабее меня – я как всегда изображал бога.
-А я боюсь, уже десять километров мы идет по кочкам вязкой болотистой пустоши, и я даже не представляю о том, где та дорога по которой мы начинали идти.
-Не обращай внимание, она просто прячется. По этой дороги воины ходили еще тысячу лет назад, и нет ни чего удивительного, что она научилась пары не плохих трюков. Но и у меня не хуже. Подойди ко мне – я начал снимать прилипшую к ее лицу паутину и наматывать на указательный палец – ну вот и все, дорога там. - И я показал пальцем в сторону поднимающихся в дали деревьев. Смех залил мое сознание и выпрыгнув в горло раскатился по лесу.
-Она меня не выпустит – она начала всхлипывать и по ее лицу потекли слезы.
-Я знаю…
Мои слова наконец-то попали в мое помутненное сознание. Где возник вопрос, который просто не мог не возникнуть. Что делать дальше? Я знал что доживу до утра. Но вот она… Это было не важно мое тело само уже все поняло и начало уходить в поклон. Коленки подогнулись и я упал в грязь. «Дорога призраков, я прошу тебя отпустить нас.» Я ждал пока в голове исчезнут слова моего заклинания вызова дороге, специально придуманного для этого путешествия. («… Ночью по лесу бредет сатана и собирает свежие души. Но, идя по дороге призраков даже он становиться призрачным… и т.д.»). Слова пропали и дорога показала дальнейший путь. Девушка его не увидела, а я закрыл глаза и пошел по внутренним знакам которые давал мне лес, треская сучьями и прилепляя паутину к моему лицу. Я позволил себе открыть глаза лишь когда почувствовал под ногами твердую почву. Лишь через годы я понял что, идя по дороге силы приходиться иногда быть слабым.
Путь шел много дней и ночей. К нам присоединились еще двое путешественников. Мы пили из ручьев и придорожных канав, ели кузнечиков и грибы. Над головой летали орлы, соколы и естественно мой ворон. Дорога превращалась то в сплошной песок, то в топкое болото. Она жила кокой-то своей жизнью и не одна карта или компас(которые крутил стрелку наперекор всем законам логики) здесь не работали. Здесь были и мертвые, странно проходящие мимо нас не говоря не словом. В таких местах их всегда много. Но даже на развилках дорога не могла меня обмануть, уж слишком долга я готовился пройти этот путь от начала и до конца.
Я единственный знал, что путь древних дает больше чем прекрасные виды и стертые в кровь ступни ног. Был последний день маршрута, когда мы попали в туман. Где призрак взял меня за руку, как бы говоря что мы на месте. И это конец. Луна вылезла из-за туч, и туман стал светиться белым светом. Деревья задрожали и вдоль дороги начали бегать животные. Мы их не могли видеть, но один этот звук заставлял трястись все тело. Мои спутники от страха, даже не могли говорить. Закрыв глаза, я произнес.
- С права место для палатки, а чуть левее готовая поленница дров. Вода подальше на болоте.
- Откуда ты знаешь. - Спросил один из них. В тумане не было видно даже на пол метра. (Кстати, уже в пятнадцать лет обо мне были десятки легенд.)
- Мне кажется, что ты не хочешь этого знать.
И он действительно не хотел, ведь я оказался прав. Сказав, что надо избавиться от тумана я попросил их взять меня за одежду и повел к болоту. Болото напоминало гигантское поле, только между травой просвечивала вода. Луна была круглая и яркая на столько, что мне слепило глаза.
- Поворачиваемся. – Туман исчез с дороги, не оставив следа. – Скоро он вернется, расставляйте лагерь.
Мои друзья не смотрели мне в глаза. Страх того, что не понимаешь. Через десять минут туман начал возвращаться. Но в этот раз уже не один, в нем были пустоты по форме напоминающие человеческие тела. Это были призраки. Их появление заметили все, но друзья решили не подавать вида. Лишь я легонько поклониться в знак приветствия. Все медленно, пошли в сторону палатки. У костра остались лишь моя любимая девушка и я. Она прижалась ко мне, смотря на одного из духов.
- Можно тебя по целовать. – спросил я.
- Конечно нет. – ответила она и чуть отстранилась, хотя так и не решившись меня отпустить.
Она не знала, что это место силы. Я посмотрел ей в глаза и загипнотизировал ее, говоря ей то что она хотела услышать. Это один из моих талантов, я всегда зная то что человек хочет услышать, просто я не всегда это говорю. В таких местах профессиональный маг может даже летать, а загипнотизировать человека даже кажется чем то скучным. Я целовал ее сквозь туман полностью подавив ее волю. Я начал думать за нее. Пока она в этом тумане она не может думать сама. Туман, стихия которая подчинялась мне. Духи ходили вокруг нас, но она больше на них не смотрела, а я лишь кивнул один раз в знак благодарности за силу. В тот момент я не хотел летать, мне был нужен все го лишь ее поцелуй, продлившийся до рассвет. И спустя годы я уверен, что поступил бы точно так же. Это был самый счастливый момент моей жизни, мне даже не нужно было чего-то большего. Секс бы лишь все испортил.
Прошли годы, и первое путешествие в место силы превратилось в десятки довольно странных легенд, которые участники того невероятного пути будут рассказывать своим детям. Через три года, я отправился по тому же пути, дороге под старым названием «урочище Коровий Хребет» ведущим в Старую Ладогу. Песчаная дорога проходящая через не проходимое болото. Но путь уже изменился. Впрочем, как и всегда. А того места силы не было и в помине. Но и того меня уже то же давно не было. С той девушкой я еще успел перетрахаться и вдрызг разругаться. Путь дает то, что ты не когда не должен был получить. Наверно потому, что это тебе не нужно. Он существует для выполнения несбыточных фантазий. Но он единственный смог сделать меня счастливым.

Посыльный.
Открыв глаза я повернулся на левый бок и упал в подпол. Странное начало странного дня. При падении нага зацепилась за доску. Так что начав подниматься я обнаружил что кровь текла тонким ручейком от бедра до самих пальцев. Но я не стал зацикливаться на боле, да я ее в общем-то почти и не чувствовал. Когда вчера я ложился спать температура тела была около 38 градусов, а сегодня я себя чувствовал на много хуже. Сказать по правде я даже не стал задумываться когда и откуда у меня появилась дырка в полу размером в четверть самой комнаты. Ведь это не так уж и удивительно. Утро самое странное время суток в которое может проходить все что угодно. Утром у тебя еще есть шанс что-то изменить.
Начав смывать кровь с ноги я с интересом посмотрел на градусник. Но я и так прекрасно знал что он приблизительно мне покажет тридцать восемь и пять. И все равно это не чего не меняет. Еще вчера все было известно. Всего-то поболтаться пару часов в электричке при тридцати градусной жаре. Ни чего сложного. Отдать шарф любимой девушке и спокойно вернуться домой. Только я уже не ел несколько суток. Ни в смысле почти не ел, а в смысле вообще не чего ни ел.
Неделю назад в моем мозгу что то случилось, я перестал размышлять над своими поступками. Перестал думать. Начал жить на рефлексах. И сегодня я знал, что должен до нее доехать. Сегодня это было самое важное. Важнее самой жизни. Точнее эта поездка и стала моей жизнью. Главное не потерять сознание по дороге. Я подошел к домашней аптечки, но взяв в руки она тут же упала и лекарства разлетелись по всему полу. Я не стал собирать таблетки, а просто одел джинсы и рубашку, повесил на плечо сумку и наступая на хрустящие под ногами таблетки дошел до двери. Солнце ударило по глазам, не знаю почему, но они стали жутко чувствительны к свету. Друзья говорят, что это от не хватки витаминов и температуры. Не знаю и знать не хочу. Поэтому сразу надел темные очки. Стало полегче, и я начал различать дорогу.
Через два часа я стоял на вокзале небольшого городка и смотрел расписание электричек. Здесь я собирался сделать пересадку. Но расписание которое я с трудом различил своими красными как у кролика глазами доказало мне не верность моих расчетов. Электричка отходить через три часа, а к этому моменту я упаду в обморок. Можно сколько угодно изображать из себя супермена, но способности организма все равно всегда ограничены. Моя голова превратилась в карту ленинградской области. По моим расчетам если идти по железной дороге, а потом срезать по лесу, то получится всего десять километров по тридцати градусной жаре и тридцати восьми градусной температуре тела. И я решился. Точнее я просто пошел, в голове не возникало мыслей гордости или еще чего ни будь в этом роде. Я знал что так надо, а это главное.
Спотыкаясь о шпалы я шел по старой железной дороге. Иногда я падал на колени и камни раздирали в кровь мои ноги. На кровь прилепила пыль, хотя уже все мое тело было в кокой-то белой пыле, которая так часто появляется летом на дорогах при сильной жаре. И не только ноги, все тело покрывалось смесью крови и пыли положенных на мой загар. Пыль забилась в мои растрепанные волосы и они начали казаться седыми. Глаза иногда заплывали темнотой и становилось понятно что я теряю сознание. Потом я снова поднимался и шел дальше.
Дорога была странной, заброшенные дома, платформы с проросшими по середине деревьями, разбитые бутылки и другой мусор который как бы мне говорил о разрушенной цивилизации. Наверное в этом месте все так и должно быть. И главное не каких людей. Пустота, тишина и мусор показывающий что когда-то и здесь были люди. Просто теперь их здесь нет, а есть лишь ты, больше похожий на мертвеца чем на живого. Я прикурил сигарету и вернулся к реальной жизни. Легкие свело судорогой и начался кашель, по качеству напоминавший туберкулезный. Я отхаркнулся смесью чего-то коричнево-красного и решил на сегодня больше не курить.
Всегда так сложно ходить по шпалам. Почему-то они всегда располагаются ровно через полтора шага. Но до окончания пути осталось не много. Очередной приступ свел болью мой желудок. Тело покрылось потом. Но из сюрреалистических фантазий уже выплывала деревня. До которой можно было коснуться. И внутри меня к ней сразу начало появляться какое-то отторжение. Пройдя десять километров по дороге который казалось бы не было. Точнее ее просто не могло существовать. Уж слишком она была киношная, как бы декорации к концу света или «Сталкеру». А деревня существовала в пошлости банального мира, но я ведь не был банальным. Тогда почему я здесь а не продолжил идти по этой вечной дороге, хотя ведь так и должно было быть.
Но я свернул в деревню. Там ходили люди. Люди реальные, живые, а я был мертвый и не вписывался во всю эту картину. При виде меня люди переставали улыбаться. Они старались обходить меня стороной, но меня так шатало, что иногда я их все равно задевал. Шаркая ногами я добрел до калитки и позвал хозяев. Вышли ее бабушка с дедушкой. Естественно ее не было дома и естественно они меня не узнали. Я стер грязь с лица.
-Сережа?
-Да. Здравствуйте. – я попытался изобразить дружелюбную улыбку, но скорее это был злой оскал.
-Может, раз ее нет зайдешь, чего ни будь перекусишь? Заодно расскажешь как у тебя дела.
-Я бросил есть несколько дней назад. Мне кажется, еда делает меня мертвым. Так что я отдам шарф и поеду обратно. – я уже доставал пакет с шарфом.
-Ну, как хочешь.- они взяли пакет и пошли в дом.
-Подождите. – я вырвал пакет из рук ее бабушки. Вытащил из него листок бумаги и разорвал его. Вернул пакет и ушел.
Я лежал на залитой солнцем платформе пытаясь вспомнить, что же все таки было в той казалось бы нелепой записки лежавшей прикасаясь к ярко белому кашемировому шарфу. Этот шарф был проклят и я еще вчера знал, что сегодня будет не легко его доставить. После того как неделю назад он появился из под моих рук я пошел на братскую могилу. Уже тогда я не знал, зачем мне это нужно. Просто так было надо. Слишком много злобы для одного человека и я больше не мог ее переносить. Но лишь она была достойно этих проклятий прочитанных ночью между пятью свечками на могиле. Проклятья, которые я не хотел знать но почему-то они всегда вертелись на языке. Она решила меня бросить. Просто она не знала кто я. А я не когда не говорил. Но теперь она будет со мной. Только больше я не могу ее любить. Любовь осталась в тканом шарфе. Любовь и есть то самое страшное проклятие которого всегда нужно бояться получая подарки, а тем более когда их приносит человек похожий на мертвеца.

Через три часа я вышел на платформе вместе с толпой дачников приехавших отдохнуть в это милое садоводства, которое - если судить по карте - длилось около пятнадцати километров. Я вытащил сигарету, прикурил, и начал думать о том, что я не знаю её адреса. Но для человека не спавшего больше трех часов в день уже два месяца это не было огромной проблемой. Дело в том, хотя это никогда и не афишируют, но чем меньше ты спишь, тем лучше у тебя память, и я стал по крупицам собирать из памяти все Женины рассказы про дачу. Прошло около пяти сигарет, когда я встал с раскаленной от августовского солнца платформы. Факты были таковы: она жила в минуте ходьбы от леса, и в пятнадцати минутах от платформы. Но был еще один факт, который перебивал в неопровержимости два предыдущих – у нее было совершенно тупая и злая собака - лайка, настоящее исчадье ада. Где-то в течение получаса я бродил по садоводству, изучая местность, виляя задницей перед девчонками в купальниках, которых в садоводстве оказалось на редкость много. Уже после опроса десятого человека я получил-таки утвердительный ответ на вопрос “не видел ли он бешенную лайку”, остальное было делом техники.
Первый день в садоводстве был на редкость продуктивным, мои новые способности работали на меня и заводить новых друзей было легче чем почесаться. Правда, люди начали замечать, что мои зрачки постоянно расширены, а руки трясутся. Но в общем, была лишь одна проблема – девушка, которую я любил, приехала на следующий день в гости к Жене. Оказалось, что ее дача находится где-то в шести километрах на юг по необъятным дорогам садоводства. Такого поворота событий, я не мог ожидать, и надо было что-то придумывать, но мозги как на зло отказывались работать, поэтому пришлось пустить все на самотек.
Не смотря на то, что мы с Юлей, а именно так звали мою любимую девушку, официально считались врагами, и даже приглашение нас на одну и ту же вечеринку, считалось личным оскорблением для каждого, почему-то именно мне пришлось идти провожать ее в три часа ночи через все садоводство. По слухам на этой дороге случалось столько изнасилований, драк и даже убийств, что это количество было ни сравнимо даже со сводками питерской криминальной хроники. Так что я решил не проверять на себе качество местных слухов, и перед дорогой сделал небольшое магическое действо, которое обезопасило нас на всю протяженность дороги.
Была темная и холодная ночь, и она жалась ко мне. А я наблюдал за изменениями её ауры*. На её лицо я смотреть не мог, так как последний месяц, если я смотрел на лица людей в темноте они начинали мутировать, и это был очень неприятный глюк от которого я избавился только к зиме. Я начал обрабатывать её мозги. Как бы не поносили черную магию, по своему опыту хочу сказать, что это лучший способ влюблять в себя девушек.
Я спросил можно ли ее поцеловать, она ответила нет. Этого я не ожидал. Она сказала, чтобы я спросил её об этом завтра вечером. Я сказал, что завтра с утра уезжаю. - Почему? - Потому что прошло двое суток. - И что? - На третий день кончается магия. - Ты псих, да и к тому же мудак. - Я черный маг. - Мне похуй кем ты себя считаешь, мы пришли. Дом оказался очень милым. В низу спали её бабушка с дедушкой. Было начало шестого, и мы решили, что я останусь до утра у нее на чердаке. Она спросила: - Что ты хочешь на завтрак? - Я не ем. - Мне все равно, ты будешь завтракать вместе со мной! - Я уйду на рассвете. - Ты не куда не уйдешь! Она перешла на крик и перегородила вход на чердак, так что мне пришлось стаять на лестнице. Так мы и стояли, она смотрела в мои расширенные зрачки, а в моих глазах начало темнеть. Она крикнула, что спрячет ночью мои ботинки. Я сказал: - Я падаю. - Не поняла? - Я теряю сознание. - Какого хуя, ты больной!
Меня разбудил будильник, прошло три часа, и я почти выспался. А ботинок и вправду нигде не оказалось, точнее только одного ботинка. Я надел темные очки и один ботинок, кинул за плечо гитару и спустился в низ. Поздоровался с Юлиными бабушкой и дедушкой, вошел в её комнату и потребовал свой ботинок. Она раскричалась и сказала, что не отдаст ботинок пока я не съем блины приготовленные ее бабушкой. Я сказал, чтобы она шла в жопу, и вышел на улицу прикурив сигарету. Идти где-то два часа, а солнце уже превратило воздух в пекло. Сзади меня была Юлина истерика. Денег не было вообще, а сигареты почти кончились. Я уже вышел за калитку. Мне не надо было оборачиваться, чтобы знать, что ботинок летит мне точно в голову...
Через месяц начался сентябрь первого курса. Магия осталась только в памяти людей видевших меня тем бешеным летом, с расширенными зрачками, дрожащими руками и гитарой за спиной. В следующий раз я оказался в тех краях уже в октябре в качестве Юлиного молодого человека. Понадобился еще десяток приворотных заклинаний. Гипноз её почти не брал. Встречались мы ещё около года. Черт, я бы променял все годы учебы в вузе лишь бы снова вернуться в то лето или снова стать тем кем я был тогда. Все это может показаться невероятным, да что там, я и сам сейчас в это с трудом верю, а тогда все это было реальнее самой реальности.
Все три года о том, что я еще и учусь, я вспоминал только на сессии. Стал профоргом целого факультета. Попал в рейтинг самых популярных людей вуза. Но всегда в конце всего приходит конец, вот и сейчас, когда мне еще не исполнилось двадцать начал вспоминать, почему я стал таким каков есть. Наверное, потому, что я прожил больше чем многие: наркозависимость, курение, привычка пить по утрам, секс с незнакомыми девушками и желание стать таким как все. Да что там говорить, в то время, когда мои друзья мечтали о девушках и бабках, я мечтал стать богом или, по крайней мере, величайшим магом. Живи быстро – умри молодым, но как и многие я понял, что не хочу умирать слишком рано. Многие мои друзья уже никогда не станут нормальными, кто-то скурился, кто-то спился, кто-то сидит в тюрьме, их уже не вернешь, остались только воспоминания о бурно провиденных годах молодости. Летом перед третьим курсом я начал понимать, что все начало меняться, когда в конце лета мне сообщили что мой приятель погиб, хотя за месяц до этого я пил с ним самогон, валяясь на асфальте посреди дороги. Через месяц другого приятеля посадили за убийство, а в довершении всего бывшая девушка вышла замуж. Этот процесс новостей не останавливался целый год. Долгий год, за который у меня почти не осталось друзей. Поэтому пришлось меняться и самому. Бросить курить, пить, потреблять наркотики. Пришлось найти работу и т.д. ….
Один вопрос на который я пытаюсь ответить в этом небольшом эссе, это стоило ли забросить учебу на три года, чтобы все это время провести тусуясь, в поисках новых ощущений. Да и вообще, зачем мы приходим в высшие учебные заведения? Разве ради того, чтобы стать хорошими специалистами? Нет, не думаю. Для меня ВУЗ – это своеобразная игра в жизнь, репетиция, естественный отбор, где становится понятно, кем ты станешь в дальнейшем. Сейчас я уже вполне научился определять, кто сможет чего-то достичь, кто - нет. И красный диплом здесь абсолютно ни причем. Красный диплом дает намного меньше, чем умение общаться с людьми и умение вести деловые отношения. Одна только продажа наркотиков научит тебя намного большему, чем один семестр учебы. И это нормально, что люди по жизни хотят иметь дело с интересными людьми, а не только со специалистами. Правда, если ты сочетаешь в себе и то и другое, тогда я уже могу быть уверенным в твоем будущем.
Меня институт научил общаться с людьми, которые мне не нравятся, которых я ненавижу. И все равно мило им улыбаться и болтать ни о чем. Умение держать себя в руках, когда преподаватель пытается выкинуть тебя из вуза. Я помню как на меня косились некоторые одногрупники говоря, что я блатной и только поэтому держусь в вузе, хотя по моим подсчетам блатных в моей группе было что-то около семидесяти процентов, правда, этот факт всегда умалчивался. А мне было всегда все равно, они жили в каком то своем мирке, где был свой юмор, свои истории. Этот мир слишком слабо пересекался с моим. Им не нравился мой мир, а я не любил их. В течение трех лет я ждал, что хоть кто-то из них подойдет и попросит их с кем-нибудь познакомить. Захочет стать популярным. Просто захотеть, это не сложно. Однажды я сделал популярным парня без задатков и даже без желания стать популярным. Но нет, за три года никто не подошел и даже не намекнул.
Но это только в сериалах люди хотят измениться. Я уверен, что каждый человек по своей природе мазохист, и, наверное, поэтому люди не любят меняться. Кто-то рассказывает, как девушка ему строила «глазки», а кто-то замечает, что девушка на него смотрит и сам подходит, чтобы познакомиться. Так в чем же между ними разница? Очень просто – один сильный, а другой слабый. Меня всегда поражало, что почти любой парень, смотря на незнакомую девушку, в начале думает есть ли у него с ней шансы, а только потом начинает рассматривать ее как потенциальную партнершу. Поэтому чаше всего симпатичные девушки остаются без парней. Черт, кто-то однажды сказал: лучше быть, чем казаться. Я помню, что еще в школе, пришел к тому, что я никто. Неудачник, шестерка, придурок и т.д. Я ходил в черных джинсах, пиджаке и красовках. К девятому классу я ни разу не целовался с девушкой. И тогда я решил, что пора что-то изменить. Ведь так можно провести всю жизнь доказывая, что я индивидуальность. Хотя на самом деле все было не так. Каждый считает себя особенным, но особенных единицы. Девяносто процентов моих знакомых, это серость, люди которые ничего из себя не представляют. Как-то я наткнулся в Космо на статью. Где парень утверждает, что современные девушки не любят романтиков, а девушка доказывает обратное. В итоге девушка говорит одну очень умную фразу, что если ты любишь молчать, вздыхать из-за угла, дарить цветы и боишься подойти к девушке (и все!) – из этого не следует, что ты романтик, из этого следует, что ты обычный дебил. Это жестокая правда, мы не всегда готовы признать правду, и из-за этой боязни мы начинаем врать сами себе. Ведь что может быть проще, сказать: что я романтик, а девушки не любят романтиков. Сложно стать действительно кем-то. Сложно, что-то постоянно доказывать. Доказывать себе, любимой девушке и даже всему миру. Чтобы однажды сказать, что тебе больше нечего доказывать и уйти на покой. Можно и не доказывать, и прожить свою жить в полной уверенности, что ты не хуже чем они. Но ты всегда будешь хуже. Вечный вопрос - чего стоит твоя жизнь, если ты не можешь запихать в организм смертельную дозу алкоголя, заев ее ЛСД, а потом валятся в луже грязи с криками «ну и кто здесь бог?». Или трахаться с какой-нибудь шлюшкой на фестивале кришнаитов после полграмма гашиша. Черт возьми, мне кажется, это и есть жизнь, а разве не так? Жизнь заключается в постоянном риске своей жизнью. И чем более извращенный способ риска, тем больше в нем жизни. Жизнь это когда, выходя из дома, ты считаешь, что это твой последний день, и завтра для тебя нет. А все остальное это существование. Хотя, конечно, находятся люди, которые считают, что я не прав.
Весь день пытаюсь писать об институте, а ничего не получается. Потому что, институт, как учебное заведение в моей жизни никогда ничего не значил. Чего я получил из знаний за последние три года, да ни черта кроме способа приготовления «химки» и «бутерата». Я освоил психологию Фрейда, изучал философские и оккультные учения, читал главные книги почти всех мировых религий. И что? Ничего из этого не было в моей институткой программе. Но это было действительно интересно, благодаря этим книгам у меня появились сотни самых разнообразных знакомых. А что мне дола теорема Кирхгофа или разложение по Лапласу? Теперь можно сказать открыто, да ни черта они мне не дали! Но и посиделки в общаге за бутылкой водки, тоже не принесли никакой пользы. Да и по правде говоря, девяноста пять процентов студентов не умеют устраивать даже более или менее нормальные вечеринки. Проблема в том, что у ребят явная не хватка милых школьных посиделок с бутылкой вина, под гитару, да еще и в обнимку с любимой девушкой. Да, все хорошо в свое время (в данном случае в школе). В этом вся и проблема, у них не было активной молодости и поэтому им это все еще не надоело.
К примеру, у моих друзей обратный эффект, им уже мало того, что на вечеринке будет много телок и пива. Им уже нужна изюминка. Но если я её нахожу, то не один из них не откажется посетить эту тусовку. Хотя с каждым годом её становится искать все сложнее и сложнее. Но не чего, креатива пока хватает. Я помню одну из креатив-тусовак прошлого лета, которую устраивал. Был open-air между помойкой и кладбищем, при том на закуску были дыни из этой же помойки. И всю вечеринку мы кидались дынями, поливались вином и пивом, под музыку “Братьев Гримм”. Тогда я разрезал себе вену, чтобы напугать друга падавшего в обморок от вида крови. Хотя, честно говоря, еще раз резать руку и есть прямо из помойки не горю особым желанием.
Моя жизнь тоже далеко не идеальна, я никогда не обладал талантом как многие посещать сразу все вечеринки, да и, по правде говоря, все мои приятели и собутыльники меня не очень то любят. Вопрос никогда не заключался в том, чтобы всем нравятся. Да я никогда особенно и не пытался. Главное это было попробовать стать лучшим, и даже неудачная попытка горазда более стоящая вещь чем сотня часов проведенных в Интернете в попытке доказать, что хоть где-то ты чего-нибудь стоишь. Не важно, у каждого есть право выбора. Право выбора, которое убивает в нас свободу! Слишком много выбора, который убивает в нас любовь к жизни. К такой жизни, какой она должна была быть изначально, где можно было бы действительно быть, а не казаться. Искусство потерянное где-то на истоках времен.
Время течет слишком быстро, и к двадцати годам я стал бояться смерти*. Это тот самый страх, познав который ты уже никогда не станешь, таким как был. Пока ты действительно молод, смерть для тебя нечто иллюзорное, то чего не стоит бояться, ведь что тебе терять кроме своей жизни. Когда ты молод ты готов продать душу за пачку сигарет. И даже не задумываясь, что с тобой будет дальше. Раньше я мог спускаться ночью по скалам без фонарика после пол-литра водки, только ради того, что бы набрать воды для чая. Сплавляться по гигантским порогам на сломанной байдарке. Спать на снегу, не боясь простудиться. Да ведь иначе нет ощущения, что это твоя жизнь, и что только ты в праве ей распоряжаться. А совсем недавно я обнаружил, что некоторые мои приятели даже не сами решали в какой вуз поступать. А давали решать за них родителям. Просто многим невдомек, что жизнь всего лишь одна и второй попытки ни у кого не будет. У людей слишком мало времени, чтобы еще и врать самим себе. Если кто-то думает что у него еще будет время что-то исправить, он ошибается. Если ты один раз испугался и не подошел к девушке которая тебе действительна понравилась (это не та, которая просто симпатичная и подходит по внешности как раз на твой уровень), второй попытки у тебя не когда не будет. Почти всем даже тяжело один раз в жизни просто надеть рваные джинсы в обтяг с белой майкой, уложить волосы во все стороны и пойти на малую садовую клеить девчонок. Это не сложно, но есть шанс, что этим ты изменишь всю сваю жизнь, и может возникнуть самый страшный вопрос, а что если раньше ты жил не так как надо? Большая часть моих знакомых боится даже танцевать в клубах, хотя доказывает с пеной у рта, что они просто не хотят. Хотя, по правде сказать, они просто не умеют и боятся. Откуда я это знаю? Да потому, что я и сам был таким же, да и все были такими же. Просто когда я перестал себе врать, я начал приходить каждую неделю в клуб накачивался водкой до полуобморочного состояния и заставлял себя танцевать. А потом с удавлением обнаружил, что и алкоголь не очень-то и нужен. Произошла загвоздка, выбор, называйте как хотите. Два варианта. Первый продолжать слушать русский рок, пить пиво с друзьями по выходных, рассказывая каждую неделю одни и те же байки, носить черные джинсы и пиджак. Но все это у меня уже было, а я никогда не верил, что мир на этом заканчивается. Но зато я всегда знал, где у него начало. Для меня мир начинался в ненормальных глазах моего тур-руководителя, в окосевшем лице моего одноклассника наркомана, в мини юбках девушек на гламурных open-air’ах. Моим личным вторым вариантом были транс, наркотики, книжки по черной магии, самые симпатичные девушки, и кредо никогда не думать о том, что у меня есть шанс дожить до завтрашнего утра. 









Рассказ повещается философу Саше, бывшей девушке Юле, моим однагруппникам и всем тем кто окружал меня последние три года и благодаря кому мне не когда не было скучно.




Это эссе был мною написан во время летней сессии третьего курса. Это уже где-то пятая переделка текста. И я больше решил не чего не менять. Все рецензии, замечания и ругательства будут включены в итоговый вариант текста, и выставлены на сайте.


Рецензии и замечания:


Маша
Что же я могу сказать на счет твоего рассказа? не считая ошибок, в рассказе действительно чувствуется что среди этих строк кроет
тся душа живого человека, без лишних преувеличений и красивых лтературных эпитетов, которых конечно придали бы тексту вы
разительности и эмоциональности, но без них почему-то живее. Неказистые, не стройные предложения выстраиваются в странную, витееватую, непонятную ему самому,
, судьбу одинокого человека. Как бы ни гордился он сам, тем что "да меня пол-института знает", среди множества этих безразличных лиц он один.
Люди проходят мимо приветливо кивая головой, но тем не менее они "проходят мимо".

Извини, мне пора спать, но позже я обязтельно допишу!

Рудь.

Не смотря на то , что я знаю этого черта хренову тьму времени, я ни разу не видел ни дневников, ни чего либо подобного у него! Когда я прочитал( пусть часть этих его воспомнаний) , я,признаться, заскучал по тем временам, когда я был малость по моложе и мог не по-детски расслабиться)) И что я ещё хочу сказать….Серый!!! Мать твою! Тебе книгу надо писать!

Брат
Какой на хуй сайт?............................... Я вообще не понял в этом тексте небольшую, но судя по всему важную часть – самую последнюю. Какой сайт? Ты хочешь сказать, что эти наметки настоящего зловредного, поносящего честь современного поколения и воспевающего никому не понятные идиотские, но все же настоящие идеалы будет напечатан на каком-то глупом сайте и несколько тупых программистов, завсегдатаев чатов и других идиотов, которым просто стыдно показать свое лицо, и рассказывающих всякие идиотские вещи будут это читать, а потом придумают не менее глупую ветку какого-нибудь чата, и будут со своих высоких вершин понимания литературы на уровне ДОМа 2 писать свои комменты по поводу этого в их представлении Эссе.
Сер, мне стыдно за тебя… Я читал и, в некоторых местах, гордился своим братом, а теперь мне стыдно за тебя. Ты писал, о том, что надо добиваться всего – лучших девушек лучшей жизни а сам хочешь спустить начало великолепного романа, без исправлений в самую гнусную помойку – в Интернет, престанище дебилов и слабаков. Да лучше было выкинуть это из окна – там народ больше Люди, чем в этом интернете
Не исправлять… Это самое глупое и гнусное, что ты мог придумать. Это надо и исправлять и дописывать. Это лишь вводное Эссе о чем-то большом и настоящем. И, честно, если у тебя тонка кишка завершить начатое, я возьмусь делать это вместо тебя. Ведь не забывай – такие эссе выложенные на маленьких(или не маленьких сайтах).
Надеюсь ты быстро переосмыслишь сказанное мной и мое влияние в данном моменте будет сильнее Саньковского. Ведь ты и сам знаешь, что надо ставить выше планку, и ты дописав отправишь по нужному адресу(а у меня он есть) для того чтобы это выпускало настоящее издательство, а не дешевка – Интернет.


Белка
Я согласна с твоим братом… Этот рассказ достоин большего, чем Интернет… Я с тобой знакома недолго и не знаю, насколько узнала тебя из рассказа…

Requiem (edit. vers.)
Эти строки что-то вроде реквиема по трем годам, проведенным в институте, просто надо было перед кем-нибудь отчитаться, и в первую очередь перед самим собой. Эти три года я почти не учился. И хотелось бы все-таки описать то, чем я занимался.
Мне не повезло, и при поступлении я был зачислен на самый занудный факультет вуза. К моменту зачисления в институт я уже пережил энное количество open-air’ов, дискотек, экстремальных походов и прочего бреда которым я занимался от скуки. Никатин, алкоголь, ЛСД, гашиш - все проходило через мой опухший от магических концепций мозг.
Хотя иногда вспоминая то время, мне кажется, что тогда я еще был более или менее нормальным. У меня даже была постоянная девушка. Но все равно я не был похож на своих одногруппников, хотя, проучившись с ними три года, по-настоящему я так ни кого из них не узнал, так же как и они меня.
Надо сказать, что мой институт это что-то очень и очень серое, с небольшими вкраплениями девушек с факультета менеджмента. К примеру, ко второму курсу по моим подсчетам больше половины моего потока ходило в одинаковых черных кожаных куртках купленных на опрахе. Или из двадцати парней моей группы, за все время я видел только десять из них общавшихся с девушками не из моей группы. И это за три года! Иногда меня пугают эти цифры. Из моей группы кроме меня никто не достиг даже среднего уровня популярности в институте. Хотя, наверное, не все хотят быть популярны, но попытаться обязан каждый. Вопрос, на который я не смог себе ответить за три года - это что делают мои одногруппники когда не занимаются учебой. У меня было столько вариантов, но не один из них не подтвердился.
Так что я решил отчитаться хотя бы за себя. За три года обучения я познакомился более чем с тысячей студентов, при том преимущественно с девушками и часто даже не из моего вуза. Употребил такое количество ЛСД, что им можно было бы убить слона. Выкурил такое количество сигарет, что никотином из них можно было бы убить всех лошадей на земле. А количество выпитого я даже не знаю с чем сравнить.
Наверное, стоит привести примеры моего время провождения вне вуза. В этих маленьких рассказах я не следил за хронологией, это просто жизнь от моего лица или умение быть счастливым и самодостаточным. Жизнь в поисках самого себя. Помню, как с друзьями не спали по трое суток подряд, перемещаясь из баров и клубов в кинотеатры и квартиры друзей, где мы как саранча выпивали весь алкоголь. Один раз мой друг спрятал у себя дома от меня заначку в мусорном ведре на кухне*. После полу часового допроса он мне в этом признался. И я, отчистив бутылку от испорченных продуктов, через пять минут смаковал полусладкую изабеллу.
Но вы не подумайте что вся моя жизнь это банальная пьянка, к примеру, одна моя подруга, учащаяся на год старше меня на ФПБИ, любит рассказывать одну историю. Она приехала отдохнуть в лес на праздник под смешным названием «Мамонт Шоу». Я встречал ее сразу на выходе с платформы. Это было поистине страшное зрелище – абсолютно пустые зрачки, не способность сказать внятно хоть одно слова, и можно было даже не пытаться пробовать идти прямо. В моем организме уже было тридцать грибов ЛСД и пол-литра водки, которые я выпил, чтобы меня хоть чуть-чуть отпустило. И все бы могло закончиться хорошо, если бы девушка не изобрела новый способ избавления от передоза ЛСД, который она тут же решила испробовать на мне. Я повиновался и пошел вместе с ней к ближайшим кустам, где она достала портсигар, и где лежало два косяка травы. Видимо мы были не одни такие, так как пока мы курили, к нам подъехала машина и в течение пяти минут подъезжала и отъезжала, включала и выключала фары. Потом машина уехала, а мы «добили пятки». При попытке встать у меня потемнело в глазах, и я потерял сознание. Еще три раза я поднимался из бездны наркотического опьянения и падал туда вновь. После третьего раза я открыл глаза и понял, что я ослеп, перед глазами был черный туннель переливающееся всеми цветами радуги. Не приведи господь пережить такое еще хотя бы раз в жизни. Я ползал на карачках в грязи осеннего леса. Пока перед моими глазами не стали появляться предметы из реального мира. Ни скажу, что все встало на свои места, но тогда мне хватило и той мелочи, что я жив и могу снова видеть. Через пятнадцать минут девушка дотащила меня до костра и дала в руки бутылку пива, впрочем, после которой я вскоре перешел на водку. Еще через пятнадцать минут после очередной затяжки из кальяна я понял, что за мной кто-то следит. Кто-то в белом плаще начал охотится за мной, и в чувство меня привел только мат девушки сидевшей рядом со мной по тому, что кого-то вырвало ей на ботинки (это был не я). Но действительно оклемался я только на утро.
Летом после сессии первого курса, мой приятель с Философского факультета СПбГУ *предложил мне как своему лучшему другу устроить месячный запой. Который я естественно поддержал, тем более что тогда я расстался со своей постоянной девушкой и у меня освободилось много времени и денег. В течение первых трех недель мы успели выпить все домашние запасы алкоголя, включаю медицинский спирт и настойку боярышника. Мы пили, начиная с утра и заканчивая поздним вечером или ночью, не пропуская ни одного дня. Но мне с тех времен больше всего запомнился один день, а точнее несколько дней, которые, в общем-то не отличаются от других, но которые хорошо показывают то, как я существовал тот месяц.
Очнувшись рано утром на своей даче с совершенно страшным похмельем, первое, что я сделал, поднявшись с кровати - это достал из холодильника бутылку “Боржоми” и пакет кефира, смешал все это в одной большой кружке и выпил залпом. Реакция желудка была почти мгновенной, и ближайшие десять минут я провел в деревенском туалете. Вернувшись на кухню, я достал из погреба бутылку “Степан Разин” крепкого, открыл ее зажигалкой и выполз на улицу, где уже лежа в гамаке я начал обдумывать планы на сегодняшний день. Я понимал, что оставаться в деревне стало довольно опасно, поскольку я пил каждый день, притом в жутких количествах и с дебошем, было уже около пяти стычек с местными и в следующий раз мне вполне могли набить морду. Оставался единственный верный выход, срочно собирать вещи и ехать в Питер. Зайдя в дом, я упаковал набор клубной и тусовочной одежды, вместе с одной теплой кофтой, на случай если не смогу доехать и решу остановиться в пригородной зоне. Следующим этапом я нашел сумму денег в размере полторы тысячи рублей, именно столько нужно в Питере для выживания в течение двух суток.
Пробравшись до платформы незамеченным, я сел на первый попавшийся поезд в сторону города. И через два с половиной часа я был в своей городской квартире и решил заняться приведением собственного тела в более ли менее приемлемый вид. Для этого еще на железнодорожной станции купил бутылку полусухой Изабеллы и пену для ванны. В итоге к вечеру мне удалось уложить волосы, избавиться от запаха пота, и даже отчистить из своего рта привкуса рвоты, во что я уже не верил. И ровно в одиннадцать вечера я вместе со своими друзьями стоял на входе в модный RiB клуб, где в тот вечер выступал мой приятель. Одев темные очки реальность для меня начала медленно уходить из под ног, наверное, из-за почти полной интоксикации организма, да и я почти неделю в место еды использовал крепкое пиво. Тот, кто никогда не был в R&B клубах, никогда не сможет меня понять. Эта атмосфера уюта, где у приятеля ди-джея можно попросить поставить любимую песню, парни в основном приехавшие из Африки, а девушек танцующих рядом с тобой можно встретить только на обложках модных журналов, и если ты смог пройти фэйс-контроль, ты становишься частью это небольшой дружной тусовки. В руках у бармена крутятся бутылки, а девочки в мини юбках качаются на качелях. В общем, надев темные очки ты перестаешь воспринимать это как часть твоей реальности, и для тебя это становитесь чем-то вроде сцены из фильма про американскую богему. Все было прекрасно кроме одного маленького момента, я пил уже больше недели, а коктейли из бара уже к трем часам ночи от моего мозга не оставили камня на камне. Поэтому я и мои друзья решили выйти на улицу посмотреть на развод мостов, а заодно привести меня в порядок парочкой бутылок пива. Что мы с радостью и осуществили, и где-то к четырем утрам мы смогли прийти в “Кофе Хаус”. “Кофе Хаус” как правило используется тусовщиками как ночлежка, если ты выглядишь как колбасер, то ты можешь смело спать здесь хоть всю ночь и никто тебя не тронет. Но мы пришли сюда не для сна, а для получения утреннего кофе. Денег было мало и мне с другом пришлось пойти на поиски банкомата, пока все остальные раскладывались по диванам. А ближайший банкомат был только на Малой Садовой… Летом я привык прятаться от скуки на Малой Садовой, это единственное место в городе где всегда весело. На одной маленькой улочке собираются все тусовщики города. На этой улочке находился один из не многих банкоматов работающих в пять утра. Так что уже на подходе я был готов к неожиданностям, когда ко мне подошли две симпатичные девушки и попросили прикурить, на что я ответил, что сигареты остались в кафе. И тут произошло именно то неожиданное – мой друг стоявший с права со всей силы шлепнул меня по заднице, а я, не знаю по чему, расставил ноги и поднял руки*. Девушки конечно тоже не растерялись и одна полезли ко мне под рубашку, а другая в штаны, расстегивая ширинку в поисках сигарет. Все это происходило как бы на рефлексе. Ни я, ни они, не понимали что происходит, просто мой друг знал, что он должен ударить меня по заднице, а девушки знали, что должны вытащить мой член посреди этой малой улочке, даже в пять утра, до отказа забитой народом. И тут я вспомнил о своей важнейшей миссии, и, заправляясь на бегу, рванул от девушек в сторону банкомата. Раздобыв денег мы поняли, что обратно нужно возвращаться более осторожно, так что обратный путь пролегал через “Дачу”. “Дача” был маленьким клубом напротив гостинки, где тусовались все самые модные музыканты и иностранцы, правда, в основном французы. Около дачи сидело на паребрике и асфальте около сотни человек, притом народ с равным успехом пил и мартини, и тридцать второй портвейн. Здесь тоже обнаружилось несколько знакомых, с которыми надо было выпить, и мы естественно выпили. Завтрак происходил в шаверме, около невского, и был запит большим «ягуаром». К шести утра нам все-таки удалось добраться до “Кофе Хаус”, где мирно беседовали мои друзья.
Следующим этапом мы с другом проводили девушек по домам, и поняли что на часах уже восемь утра и самое время для утреннего опохмела. К этому моменту мы уже были слабо похожи на людей, но все равно мы решили купить четыре бутылки зума и бутылку шампанского. Придя домой я вытащил лед из холодильника, и кинул его в хрустальные бокалы, прикурил сигарету и вышел на балкон. После первого бокала меня вырвало почти сразу, ну а второй как полагается, прошел более удачно. Мы выпили шампанское запив его четырьмя зумами и решили пойти в кино. Уже перед кино мы купили три банки энергетиков и два зума. Второй завтрак представлял из себя пиццу в мираж синема от которой меня тоже вырвало. Два фильма подряд, энергетики и алкоголь делают тебя похожим на зомби, но тут в голову приходит страшная мысль, что ты выйдешь на улицу, а там жара тридцать градусов и твое бедное сердце может просто такого не выдержать. Так что сидя за барной стойкой кафе миража мы составили план, как добраться до дома с наименьшими потерями. Первой стратегической точкой оказался богатый растоман живший над театром напротив метро Петроградское. Славу богу он оказался дома, да и еще с бутылкой хорошего белого шампанского. Так что дорога домой была более или менее приятной и прошла без осложнений. Домой мы принесли самый дешевый Мускат и советское шампанское. У нас кончались деньги, да еще и эта смешанная паленая дрянь со льдом перестала спасать от жары и мне начало казаться, что я умираю. Все тело стало мокрым и начало издавать действительно зловонный запах*. Это был плохой знак и к тому же начало происходить то чего я так боялся, и от чего я только вчера сбежал из деревне. Кто-то проговорился о том, что я вернулся в Питер, и народ толпами повалил ко мне в дом. С вещами, бутылками и предложениями выпить. Мой организм отказывался пить, да что там, я и есть-то уже не мог. Кто-то поставил порнуху, а девушки начали ныть, что это отвратительно. Кто-то приготовил глинтвейн и непонятно почему мухи кружившие полчищами над столом начали стремительно падать вниз, и уже потом обнаружилась, что глинтвейн готовился по рецепту моего приятеля (повара из JetSet) и в его основе лежал семьдесят второй портвейн. Самое страшное, что это было только начало пьянки продлившейся почти всю ночь. А проснувшись на утро и выпив кефир с Боржоми я начал собирать туристический рюкзак рассчитывая хоть в лесу чуть-чуть отдохнуть. Но в лесу было еще больше алкоголя, приятелей и девушек. Это один из минусов того, когда заводишь много знакомых. Так что еще не доехав до места я встретил знакомую компанию, в которой за всю дорогу до места назначения успел изрядно напиться.
Я помню, как-то летом был случай. Я тогда как раз серьезно занимался оккультными науками, и завел себе ученика, у которого довольно скоро поехала крыша, и в одно из полнолуний у него начался эпилептический приступ с криками о том, что он демон пришедший из ада чтобы нас убить (или что-то вроде того). Ну конечно нам пришлось его связать, и тут как назло пришли родители. В общем родители отправили меня в Питер, что бы в течении недели я ходил в церковь, читал псалмы и исповедовался. В городской квартире как раз был ремонт и по приезду я решил заняться покраской батарей. Как вдруг неожиданно в моей тихой квартире раздался телефонный звонок. В трубке почти скороговоркой было высказан факт того, что через два часа я буду ехать в автобусе на Питеярви напичканный ЛСД как рождественская индейка. Что не очень сильно меня обрадовало, но поскольку меня не спрашивали, а ставили перед фактом, я сделал единственный разумный выбор. И через два часа я сидел в автобусе вместе с калбасерами, накачивающимися по дороге кислотой. В принципе, я тоже решил от них не отставать и прямо в автобусе купил самую тяжелую «марку» на тот момент существующую на рынке моего любимого города. Потом довольно долго я смотрел на нее, а изображение черного медведя смотрело на меня. А потом я ее съел. Приход наступил где-то через два часа, и я понял что меня отпустит не раньше чем через сутки. На open-air’е было около трех сотен калбасеров накаченных спидами почти до смерти, так что у многих еще в начале стал заметен передоз. Пока мой друг пошел продавать наркотики, я улегся под ближайшей сосной и начал ловить глюки. Очень скоро ко мне подошел другой мой приятель и начал ко мне клеится, пытаясь разузнать, есть ли у меня парень, параллельно предлагая покурить травку. Он ушел на танцпол, а я начал вслушиваться в ритм своего сердца, не кому не советую такое повторять, такое ощущение, что сердце разрывается на куски.
Перед появлением нормальной музыки в колонках около часа играло «Хари Кришна, Хари Рама». Так всегда бывает на гламурных эпенэирах. И это их такая же не отделимая черта, как и полное отсутствие пьяных. На танцполе я провел около трех часов пока не вспомнил, что я курящий, и что наверное стоило бы покурить. В моих карманах не оказалось пачки, и я пошел ее искать в лес. Под ЛСД мир становиться совершенно другой и если им научится пользоваться, жить станет намного проще. Так и в этом случае, я упал возле кустов и засунул руку в кусты, откуда и благополучно вытащил пачку сигарет. Главное, что под наркотиком тебе кажется естественным, что под любым кустом в лесу должна лежать пачка сигарет. Есть одна правда на счет наркотиков которую вы не когда не услышите по телевизору или рассказах родителей – под наркотиком с тобой не чего не происходит, это мир начинает меняться, а ты остаешься таким же как был.
И тут начался холодный августовский рассвет. Люди продолжали танцевать, но неоновый свет уже не излучал той ночной энергетики. Мой друг пошел опять продавать наркоту, так как половина танцпола уже начало трясти от отходника, и им требовалось новая доза. В этом смысле мне повезло, так как меня наркотик должен был отпустить минимум через двадцать часов. Мы с другом начали собираться домой, и решили поехать на электричке. Ту электричку, на которой я ехал в то будничное утро, я никогда не забуду. Когда она подошла на платформу, я не поверил, что она настоящая. Электричка, спустившаяся из моих галлюцинирующих фантазий. Вся разрисованная граффити, обоссанная и облеванная как изнутри, так и снаружи. Под моей скамейкой валялось три пустые бутылки из под водки, и десять пакетиков из под сухариков. Вскоре электричка тронулась, и на остановках начали входить старушки со своими внучатами, а у нас с другом разговор как-то не клеился и любая реплика заканчивалась фразой: черт ну как мы все таки обдолбались. Старушки смотрели на нас, а мы не могли ничего с собой поделать. Нам нужно было двигаться, а электричка была забита народом. Да и зрачки были настолько ни к черту, что мы не могли смотреть друг другу в глаза. Я попытался заснуть, но попытка была неудачной, и стало только хуже. Но самая жопа началась в Питере, когда я сделал страшную ошибку и поехал на метро. Где-то после второй станций я не выдержал и начал танцевать под такт движения вагонов. Люди с испугам смотрели в мои абсолютно пустые глаза и шарахались от меня.
В десять утра я приехал дмой и понял что у меня осталось еще около восемнадцати часов, в течении которых я чисто физически не смогу заснуть. Это один из минусов хороших марок. Я включил погромче музыку, и начал делать ремонт*. В голове была полная пустота. О том чтобы дойти до церкви не могло быть и речи, да и все равно с такими зрачками меня оттуда быстро бы выгнали. Правда надо сказать о том, что в тот раз я довольно сильно передознулся, и психика пришла действительно в порядок только через пол года.
Был еще случай, когда как-то раз, после двух бессонных суток я наблюдал у себя на балконе рассвет за бутылкой шампанского, которую купил мой друг, продав свой домашний телефон. Хотя сказать по правде лично я из своих домашних вещей еще ничего не пропивал. Ну, так вот, в этот прекрасный летний рассвет у моего друга появилась мысль поехать сейчас же на Малую Садовую, купить еще три бутылку портвейна, и ждать уже первого сеанса в кинотеатр. В процессе его великих размышлений я заснул, на что он вылил на меня стакан шампанского. Я посмотрел ему в глаза и понял, что начинается жопа. Я уже видел как у людей появляется белая горячка и знал что скоро он перейдет именно эту грань между реальностью и алкогольным бредом. Надо было бежать и прятаться, иначе очень скоро я мог тоже дойти до ручки. Я схватил свой стакан, плеснул ему в лицо содержимое того стакана, и, вбежав с балкона в дом, залез в ванную закрыв задвижку. И тут я понял, что кое в чем я прогадал, в ванне не было даже полотенец и остаток утра я провел лежа на кафельном полу в ванной. Но история на этом не заканчивается. Когда мой друг пришел в себя и понял, что я совершил побег, он начел продумывать план вытаскивания меня из ванной. В соседней комнате спал другой мой институцкий приятель, которого он решил разбудить. Второй приятель проснулся от попавшей на его лицо холодной воды. Эту часть истории я уже слышал от него. Первую фразу которую он услышал была : Паша, у меня есть план!... Для тех, кто не знает на молодежном сленге "план" - это наркотик. И мой хорошенько перепивший только что проснувшийся друг решил, что вот пришел и его час. Ответ на многочисленное повторение одной и той же фразы не последовал долго ждать : Тогда давай его выкурим. На что первый приятель отвернулся задумчиво повторяя : Выкурить, выкурить .... В итоги остатки этого утра он пытался выкурить дымом меня из ванной поджигая бумагу и суя ее под дверь и в вентиляцию**.
Я всегда любил ходить в походы, к этому мой тур-руководитель приучил меня еще в школе. Мой тур-руководитель был настоящим психом, и ему всегда было наплевать на меня и в частности на мою жизнь. Поэтому, за два года проведенным вместе с ним, я научился выживать почти в любых условиях. Правда почти ни один здравомыслящий человек не ходит в походы организованные мной. А если и идут, то весь поход говорят о том, как они меня ненавидят. Даже самый банальный выезд в лес можно превратить в жесткий экстрим если перед выходом из дома из рюкзака вытащить палатку и спальники, а освободившееся пространство забить водкой, пивом и йогуртами. Как в принципе я почти всегда и делаю. Поэтому почти половина походов, в которые я ходил, была сорвана. Правда, не всегда по моей вине. Например как-то раз мой друг глумился над трупом лося, в частности он очистил череп, надел себе на голову и начал с ним бегать по лесу с криками о том, что он лось восставший из ада. Ну в итоге, он решил за одно еще и поссать на бедного разложившегося лося. В результате чего моего друга укусил клещ, причем точно в пах! Пришлось сойти с маршрута.
В другой раз я организовал выезд в лес с девушками первого курса ФКТИ. Тогда я взял много водки, и в два раза меньше спальников и ковриков чем было необходимо. И в итоге мне пришлось спать с приятелем под одним летнем спальником и без коврика при нуле градусов. Основная причина по которой вместе с нами отказались спать это то, что до этого мы играли в дерьмо демонов. Для тех кто не знает, принцип игры довольно прост, надо как можно дальше прыгнуть в кучу навоза, а потом выпив водки бегать за девчонками с криками “я дерьмо демон”!. Правда, запах почти не отмывается. Но вы не приставляете, как на меня смотрели люди в метро. А девушки после этой экстрим ночевки подхватили бронхит и обморожение почек. Так что я тоже не долго на них обижался.
Если вы подумаете, что последние три года моей жизни я только пил и потреблял наркотики, то вы глубоко ошибетесь. Были как то три месяца, когда я практически не пил, и не курил (тоже практически). Тогда я жутко влюбился в одну девушку и ради нее решил измениться. К тому моменту я уже смог полностью испоганить с ней отношения. Друзья, думали, что у меня нет шансов, да и к тому же в нее был влюблен мой лучший друг. Мне могло помочь только чудо. Чем я и занялся, накупив целую груду книг по черной магии, обещавшим, что если ты будешь правильно следовать их практикам, то сможешь добиться чего угодно. Сейчас я уже стал специалистом по литературе такого рода и знаю, что кроме пары книг все остальные были полным дерьмом. Тогда я этого не знал и применял все практики, которые попадались под руку. Моим девизом было самосовершенствование без границ. Так что за компанию с изучением гипноза я еще и научился играть на гитаре.
Главное правило алхимии в том, что чтобы что-то получить необходим начальный элемент, поэтому и в магии, чтобы что-то получить необходимо что-то отдать. Первое, что я отдал, был мой сон, вторым была еда. Следующим этапом был запрет на остановки. Славу богу было лето, и я мог свободно менять место дислокации каждые двое суток. Да черт возьми, если бы в этих книжках было написано, что надо пить только из сортира, я бы и это наверное начал делать.
К концу лета я получил совершенно неповторимое ощущение вечного полета, способность полоскать людям мозги, и способность видеть в самых неожиданных моментах галлюцинации. Причем о той девушке, с которой все начиналось, я почти забыл, да и как-то не до этого было. Моим стандартным набором, был туристический рюкзак, в котором лежала палатка и спальный мешок, а с боку была повешена гитара. Одевался я в рваные клешоные джинсы и короткую футболку в обтяг. На глазах всегда были темные очки, потому что когда начинаешь внушать кому-нибудь свои мысли, зрачки расширяются как у последнего наркомана, и это привлекает излишнее внимание. В общем, рассказать я хотел не об этом, а о том, что как-то раз в одно далекое августовское утро в Питере я проснулся после трех часового сна и увидел на календаре красный крестик, такие крестики повторялись через каждые два числа, и означали то, что пришло время собирать вещи. За час надо было решить, куда двигаться дальше. Я прикурил сигарету (кстати, бросить курить оказалось намного сложнее, чем есть или спать), достал карту ленинградской области и домашний телефон. Где-то на пятом звонке мне сказали что девушка Женя находиться на даче и ближайшую неделю пробудит именно там.